Дитя Меконга - Алёна Сереброва Страница 115

Он ёжится, стараясь вслушиваться в разговор, чтобы вмешаться в случае чего. Если вдруг отец действительно решит «откусить» им обоим головы. Ведь Тон нарушил обещание. Рассказал Ноку о своих способностях. И даже показал.

— Наоварат Тхирасак. Обычно меня зовут Нок. Я Пи Тона из университета.

— Вы не спускались, я пришёл позвать вас вниз ещё раз. – На мгновение отец отчего-то хмурится, однако быстро меняет тему. – Тон, мама сказала, что ты обещал приготовить ужин.

— Простите, что вмешиваюсь, Пи, – влезает Нок, поднимаясь, тогда как сам Тон даже ноги с постели спустить не может. Родившаяся внутри знобливая дрожь растекается по телу неприятной слабостью. – Может, он вместо этого утром приготовит завтрак? Я не думаю…

— Всё в порядке. – Тон улыбается, пряча навалившуюся слабость за маской. – Я же обещал ужин. Что-нибудь лёгкое вполне смогу…

— Мама уже готовит, Тон. – Отец сухо поджимает губы, будто Тон сделал что-то не так. – Просто спускайтесь.

Он разворачивается и уходит, а Тон готов поспорить, что слышит ворчливое: «Как хорошо, что у тебя такой заботливый Пи, упрямый ты мальчишка».

* * *

— Так значит, ты его Пи из университета? – уточняет мать, когда они все устраиваются за большим столом. Пла рыбкой-прилипалой сидит рядом с Тоном, в любой момент готовая забраться к нему на колени, но пока довольствующаяся тем, что ей в тарелку подкладывают самые вкусные кусочки сразу из нескольких стоящих в центре стола блюд.

— Да. Тон выбрал те же факультет и клуб, в которых был и я в своё время.

— Значит, вы уже выпустились? – Отец задумчиво смотрит на Нока, и Тон напрягается. Слишком уж внимательный у того взгляд. – И сколько вам?

С «ты» на «вы».

— Тридцать три, Пи.

— И как так вышло, что вы подружились с нашим сыном?

Тон напрягается ещё больше и едва замечает, как мать подкладывает ему на тарелку несколько кусочков курицы. Которые тут же утаскивает Пла, на мгновение отстранившаяся и снова тесно прижавшаяся к боку.

— Как так вышло, что вы подружились с нашим необщительным и скрытным сыном, – поправляет отца улыбающаяся мать.

Пущенная в него шпилька не царапает, однако сдержать возмущённое «Мам!» у Тона всё равно не выходит.

— Тихо, – шикает мать, безуспешно пытаясь сделать строгое лицо. – Взрослые говорят.

Тон закатывает глаза к потолку и вздыхает.

— Ваш сын мне очень помог, а потом как-то… Само получилось.

«Само. – Тон задумчиво катает это слово на языке, понимая, что оно не подходит. – Это скорее карма».

То самое, что сказал ему и монах. Вместе с тем, что…

«Не повторяй ошибку, не будь один», – вспоминает Тон другие слова монаха, и пальцы тянутся к кольцу, проворачивая то на пальце: привычно и успокаивающе.

«Это и есть то самое “не один”, да? То, что помогло вытащить Пла?..»

— А вы помогли брату и мне.

Голос Пла врывается в мысли Тона, возвращая его в реальность. В тишину, что сгущается после её слов.

— Что?

Пла испугано подныривает под локоть Тона, почти заворачиваясь в его руку и вжимаясь спиной в бок.

— Там, среди бескрайней воды… Они там были вместе, и то чудище отступило.

Тон сглатывает, чувствуя, как внутри всё сжимается.

«Чудище? Наг?»

Он понятия не имеет, что именно видела Пла во сне, но её слова говорят о том, что она была там же. Там, куда занесло и самого Тона.