Муцянь - Джин Соул

Золотая птица

Больше не летает:

Потеряла крылья

Птица золотая,

Не летать по небу,

Не взлететь на ветку.

Посадили птицу

В золотую клетку.

До скончанья века

В клетке ей томиться.

Где же твои крылья,

Золотая птица?

© Соул Д., 2025

© ООО «Издательство АСТ», 2025

Пролог

Город масок

Правда то или вымысел – доподлинно неизвестно, но рассказывают, будто в те времена, когда боги и демоны ходили ещё между смертными, а чудеса за таковые никто не считал, жил-был на свете некий градоначальник Мянь.

Была у него жена – не сказать, чтобы красавица, но благосклонностью супруга пользующаяся. Если и было о чём сокрушаться, так это об её сварливости: и положением старшей жены, и лицом, ещё не увядшим, несмотря на возраст, госпожа Мянь кичилась. Младшим жёнам и наложницам градоначальника от неё житья не было: тем попрекнёт, этим укорит, да ещё и в амбаре запрёт – в назидание прочим.

И чем старше становилась госпожа Мянь, тем больше портился её характер, тем сильнее она завидовала молодости других женщин и тем изощрённее измывалась над соперницами.

«Что бы этакое мне придумать? – размышляла она, разглядывая себя в зеркало и подсчитывая морщины. – Красота моя увядает, супруг всё чаще заглядывается на новых служанок. Скверно будет, если в дом войдёт молодая наложница, а вдруг она ему ещё и сына родит? Поздний урожай слаще раннего».

И госпожа же Мянь распорядилась, чтобы все служанки в доме закрывали лица. Для этого были куплены непритязательные деревянные маски. Снимать их служанкам запрещалось, и бедные девушки вынуждены были носить их круглыми сутками.

Скоро маски примелькались, и градоначальник Мянь уже не обращал внимания на новых служанок.

Но госпожа Мянь тем не удовлетворилась и на правах старшей жены велела другим жёнам тоже закрывать лица. Для этого были куплены фарфоровые маски.

Скоро и эти маски примелькались, и градоначальник Мянь уже не заходил к другим жёнам.

Та же участь постигла и наложниц.

— А что это у тебя, госпожа Мянь, женщины в масках ходят? – удивились подружки госпожи Мянь, все почтенные матроны и страшные мегеры.

Госпожа Мянь поделилась соображениями, и её подружки тут же переняли этот обычай и обрядили в маски младших жён, наложниц и служанок, а некоторые – даже собственных дочерей и падчериц, молодости которых люто завидовали.

Торговец масками подивился стремительно возросшему спросу на свой товар: прежде-то маски покупали только к празднику. Ему даже пришлось нанять подмастерьев, чтобы те, сменяя друг друга, изготовляли всё новые и новые маски. Впрочем, торговец не жаловался, ведь наполнялись деньгами его сундуки.

Скоро почти все женщины города ходили с закрытыми лицами. Даже беднячки покупали или мастерили себе плохонькие деревянные маски.

— Слушай, муженёк, – сказала жена торговца, – мы бы первыми богачами в городе стали, если бы каждый житель города купил по маске.

— Гм, – отозвался муж, который и сам размышлял о том же, – непростая задачка. Мужчины лиц не прикрывают, если только они не наёмные убийцы.

Профессионалы в этом деле, к слову, к нему в лавку тоже заглядывали и всегда покупали себе маски демонов – для устрашения будущих жертв. Если бы торговец масками сообщил об этом в магистрат, их бы всех давно поймали и казнили. Но разве стал бы он лишаться стабильного дохода? Наёмные убийцы маски часто меняли – чтобы не примелькались.