Даруй свободу или Зов драконьей крови - Бай Мурзаева Страница 33

Он на секунду замялся, его взгляд скользнул по нашим запястьям.

— Подавляющие амулеты вам здесь больше не понадобятся. Купол справится с этой задачей. — Лайн сделал резкий, отрывистый жест. Наши браслеты тихо щелкнули и разомкнулись. Металл, лишенный магии, мгновенно потускнел. Лайн, забрав их, спрятал в кармане штанов.

— До встречи!

Они развернули повозку и через несколько минут скрылись в лесной чаще, оставив нас троих посреди домов в звенящей тишине.

Я обернулась к своим спутникам. Змей уже стоял, широко раздувая ноздри, его зрачки сузились в тонкие щелочки. Он повернул узкую голову, медленно обводя взглядом опушку возле леса, дома, небо.

— Интересное место, — прошипел он наконец. Он повернулся к нам, и на его рте скользнуло нечто вроде улыбки. — Мне нравится. Я возьму тот, на окраине.

И не дожидаясь ответа, направился к самому дальнему, почти развалившемуся домику у самой границы поляны, где лес подступал вплотную. И исчез в его темном проеме.

Мы остались с Яром вдвоем. Я посмотрела на него. Он стоял, слегка расставив ноги, его медный взгляд медленно, методично сканировал каждое строение.

И что теперь делать? Вообще, он отец моего ребенка значит должен помочь обустроится? На что я могла рассчитывать?

Я сделала шаг в его сторону, и его взгляд мгновенно нашел меня. Первый шаг в этой новой жизни нужно было сделать кому-то из нас.

— Ну что, — сказала я, и мой голос прозвучал странно громко в этой тишине. — Похоже, это наш новый дом.

Он кивнул и направился к двухэтажному дому. Я последовала за ним, ловя себя на мысли: а правильно ли это? Должна ли я теперь во всем на него полагаться? Мы не пара, мы… что мы? Сообщники? Родители?

Я нагнала его на пороге. На секунду он замер, его широкая спина заслонила проем, и я инстинктивно остановилась в шаге позади, дав ему войти первым.

Внутри было пыльно. Большая комната на первом этаже с развалившимся камином, несколько меньших комнаток и кухня, лестница на второй этаж, где, судя по всему, были спальни.

Пучки солнечного света, пробивавшиеся сквозь щели в ставнях, резали темноту, выхватывая из мрака клубящиеся облачка пыли.

Я сходила к телеге, у самого края лежали подобие веника и швабры с тряпками, несколько железных ведер. Забрав их, принялась выметать годами накопившийся хлам и пыль. Яр перетаскивал в центр главной комнаты мешки и ящики.

Отложив веник, я подошла и стала разбирать: мешки с крупами и мукой, корзины корнеплодов, связки сушеных трав, несколько бочонков масла и вяленое мясо. Одежда — простые холщовые рубахи и штаны, шерстяные плащи, одеяла. Несколько ножей, топор, пила, железная посуда. Базовый набор для жизни.

Я перебирала вещи, а мысли кружились вокруг одного: как дальше жить под одной крышей с человеком, который одновременно и чужой, и самый близкий на свете?

— Я осмотрю дом на целостность, и крышу проверю, — сказал Яр и поднялся на второй этаж.

Он занялся проверкой прочности балок и полов. Неловкость висела между нами плотной, почти осязаемой пеленой. Разговаривали только по делу, коротко и негромко.

Когда я потащила тяжелый мешок с мукой на кухню, его рука легла поверх моей, чтобы помочь. Я вздрогнула от неожиданности и отпустила мешок, как от удара током.

Мы замолчали, и в тишине было слышно, как часто бьется мое сердце. Он стоял, сжав кулак, в котором только что была моя рука, и дышал чуть глубже обычного.