Попаданка со скальпелем - Екатерина Белова Страница 36

Я поддалась животному чувству тревоги и отступила к статуе, когда из серого тумана выплыло бледное лицо.

Передо мной стоял подросток в потрепанном гражданском платье, коротко, по-простому остриженный, почти болезненнохудой. Пустые глаза бессмысленно уставились на меня.

Кто-то из выживших латифских крестьян.

Я с облегчением усмехнулась, мысленно сгорая от стыда. Я стояла на подхвате на двух сложнейших операциях, на вскрытиях и ампутациях, а за полгода в Вальтарте расползлась не хуже каши-размазни. Всего боюсь. Скоро начну визжать при виде мышки.

Теперь вот мальца из деревенских испугалась.

Пережитый страх сделал меня резкой. Я без пиетета обхватила худосочное тело за плечи и легонько повертела, осматривая на предмет ранений. Видимых ран не было, но мне ли не знать, сколько бед начинается от элементарных ушибов, которые никто не лечит.

- Ну-ка, снимай рубаху, - скомандовала деловито.

- Вш… - выдавил недопациент. - Вз… ш-ш-ш…

Так могла бы разговаривать змея, если бы отрастила человеческое тело.

То ли мальчишка испугался до нервного тика, то ли решил подшутить на глуповатой нердой. У деревенских это занятие стояло в топе ежедневных развлечений. А я такой человек - шуток не люблю.

- Тебе, парень, нужен логопед, - сказала без улыбки. - А я хирург. Садись…

Вот сюда. Будешь раскачиваться с остальными фанатиками богини.

Это я хотела сказать, но не успела.

Подростка словно подернуло тьмой. Миг назад передо мной был странноватый, но вполне нормальный недозрелый юноша, а после черная рябь прошлась по телу, накрывая пузырящейся тьмой, как шкура невиданного зверя. Закрыла кожу, складываясь в рунный узор, вытягиваясь в черные когти на руке. Бледный рот уродливо скривился, словно силясь выдавить хоть одно человеческое слово.

Вот теперь бояться было самое время, но я просто отступила. На шаг, на два, и ещё, а после впечаталась спиной в божественную статую. Дальше бежать было некуда.

Черная биоактивная чернота игриво клубилась у меня перед носом, почти полностью скрыв от меня… существо.

- Перевертыш, - с ужасом шепнул кто-то из пришедших в себя нерд. - Мать-богиня великая, перевертыш…

Перевертыш.

Так вот как они выглядят. Я уставилась в размножающуюся тьму, с почти академическим интересом, но видела только булькающий деготь, от которого заверсту несло могилой.

Я умру вот так?

Мир впал в безумие. Нерды частично пришли в себя, заметались по зале, в окна лез дым и смрад, и, кажется, перевертыши, но я смотрела на того единственного, кто меня убьет. Воздух гудел от визга, лязга мечей и скрежета, в зале стояла тяжелая взвесь пепла и смрада отмирающей плоти.

До чего же глупо.

Я так старательно искала шанс или возможность - призрак шанса, тень возможности. А в конечном итоге умру, как и подобает мухе, нагло севшей на божественный нос местной матери всея.

На миг я взглянула поверх темноты и застыла от шока.

Я…. видела Дана.

В окровавленных доспехах, с оскаленным ртом, он рубился сквозь живую бешеную темноту ко мне. Отросшие волосы намокли от крови и намотались на шипастые наплечники. В некогда голубых глазах гуляла черная буря, которой, по долетающим до великосветской тусовки слухам, боялись и мертвые, и живые.

Кто бы мне сказал годом раньше, что насилие может быть так привлекательно, я бы расхохоталась.