Танец наших чувств - Ника Лор

Пролог

2022 год. (Егору 19 лет, Сабине 17 лет)

ЕГОР

Это был день рождения Ромы – сына заместителя группировки. Мелкий паршивец затащил нас всех нас на страйкбол.

Ему исполнилось только восемь, а он уже мечтал взять пистолет в руки и пристрелить кого-то. Такая дикая тяга к криминалу напоминала меня с Филом. В детстве мы с этим сумасшедшим ублюдком всегда приносили проблемы его отцу, который лишь благодаря своему авторитету в городе отмазывал нас.

Женщины расставили всю еду на столе и пригласили нас присаживаться. Я старался держаться ближе к Яровым. Наши отношения с семьей Гырцони были чертовски натянутыми. Все из-за того, что Фил поцеловал дочку Тагара в детском лагере. Заместитель раньше принадлежал традиционной цыганской семье, поэтому этот поступок свел мужика с ума. Если бы не отец Фила, то все могло закончиться плачевно для всей группировки.

Если Тагар не был так сильно помешан на древних традициях, то его младший брат – Рамир, оберегал своих дочерей от всего, что могло иметь член. Он вместе со своей семьей тоже приехал на день рождения своего племянника и буравил нас недобрым взглядом.

Фила так и тянуло ближе к Алисе. Но рядом с его «Джульеттой» села ее двоюродная сестра, оставив за собой лишь легкий аромат жасмина. Я видел дочерей Рамира, когда мы еще были детьми. Сейчас я уже мог наблюдать элегантные женские изгибы. Старшая дочь Гырцони выросла в прекрасную девушку. И я не мог это проигнорировать.

Между Филом и Сабиной образовалось свободное место, и я решил присесть на него. Вот только предо мной возник Жан – второй сын Тагара, который был на два года младше меня, но не отставал на тренировках.

— Даже не думай, – угрожающе рявкнул парень.

Я сдержал смешок. Неужели он реально считал, что из-за того, что я сяду рядом с девчонкой, то она вдруг может лишиться девственности? Гырцони чересчур оберегают своих дочерей и сестёр, и иногда переходят грань разумного.

— Егор, – позвал меня Стас – двойняшка Фила.

Он уступил мне место рядом со своим братом. Как ни странно, но Стас отличался от нас. У него не было жажды крови, он не желал стать членом группировки, пойти по стопам отца. Возможно, из-за этого я находился ближе с его родным братом, чем он сам.

Присев, я поднял взгляд и тут встретился с черными глазами Рамира. Он думал, что я собираюсь залезть в трусики к его дочери? Даже от одной этой мысли меня всего перетряхнуло.

Я люблю трахаться, но у меня есть мозги, чтобы понимать, в кого не стоит совать член. И цыганские девушки из семьи Гырцони стоят на первом месте этого списка.

— Если бы взглядом можно было выстрелить, то у нас с тобой в теле красовалось бы по десять дыр, – усмехнулся я, шепнув на ухо Филу.

За столом была угнетающая атмосфера. Отношения между семьями Яровых и Гырцони держались лишь на общем деле, которое мы с ними делали, и это дело не было законным. Зато благодаря ему никто за этим столом не нуждался в деньгах.

— Я курить, – сообщил Фил.

Я тут же поднялся за ним, желая покинуть этот стол. Мы отошли от беседки и закурили.

— Ну и вечерок, – сделал я затяжку. – Рамир бы меня точно прирезал, если бы я сел рядом с одной из его дочерей. Это же была Сабина, верно?

Друг кивнул.

— В последний раз я ее видел, когда ей было лет тринадцать. Сколько ей сейчас? Она ведь не одного с вами года?