Все началось с измены - Рина Рофи Страница 10

— Он… выставил счёт. На четыре миллиона.

В трубке повисло молчание, а затем раздался протяжный матерный возглас.

— Ты издеваешься⁈ За что⁈

— За дверь «Порше». Сервис у него какой-то космический. Но… он предложил вариант.

— Какой ещё вариант? Рассрочку на сто лет?

— Хуже, — я горько усмехнулась, глядя в потолок машины. — Кабалу. С понедельника я становлюсь репетитором его сына. Отрабатываю долг.

— Что⁈ — Аня почти взвизгнула. — Ты согласилась⁈ Маш, это же…

— У меня не было выбора, Ань! — перебила я её, и голос наконец сломался. —Он так и сказал: «У вас нет выбора». Либо это, либо иск, который я никогда не оплачу. Это не предложение, это ультиматум.

— Боже… — прошептала Аня. — Ладно. Ладно, не сейчас. Едешь ко мне. Сейчас же. Без разговоров. Я тебя накормлю, напою, и мы всё обсудим. А этого… Костю — к черту. Он названивает и мне не переставая, сволочь.

— Да, я знаю, — я вздохнула. — Ань… спасибо.

— Молчи. Езжай. И включай навигатор, а то в твоём состоянии ещё куда-нибудь в «Ламборджини» врежешься.

Я рассмеялась, и этот смех звучал почти истерично, но стало легче. Я тронулась с места, направляясь к дому Ани — своему единственному островку нормальности в этом безумном новом мире, где правят Маркусы Давидовичи и их дерзкие сыновья. А телефон Кости я просто проигнорировала. Пусть звонит хоть сто раз. У меня сейчас были дела поважнее.

Я доехала до аниного дома, припарковалась у знакомого подъезда и, прежде чем подняться, заскочила в магазинчик у дома. Купила бутылочку нашего любимого итальянского «Пинко Гриджио» — белое, полусухое, холодное как месть. И с этим трофеем поднялась на её этаж.

— Аня, теперь я с вином! — объявила я, переступая порог.

— Су-у-упер! Наше любимое! — она встретила меня в дверях, уже в растянутом домашнем худи и ярких носках. Её лицо сразу осветилось облегчением.

Я сбросила каблуки, которые вдруг стали казаться орудием пыток, и прошла в уютную, слегка захламлённую книгами и растениями гостиную. Бутылка заняла почётное место на столе.

— Ну, проходи, давай, все подробности! — Аня усадила меня в глубокое кресло, сама устроилась напротив на диване, поджав ноги. Её глаза горели любопытством и заботой. — Какой дом? Как выглядит хозяин? Старпер какой-то? Где болтали? А сын какой? Давай всё, с самого начала. Не пропуская ни одной детали!

Я откупорила вино, плеснула нам в бокалы, сделала большой глоток. Прохладная кислинка ударила в нёбо, и наконец-то что-то внутри расслабилось.

— Дом… Ань, это не дом. Это… особняк на Рублёвке. Всё в стиле «тихая роскошь», но таких масштабов, что аж дух захватывает. И тишина… звенящая.

— А хозяин? — Аня придвинулась ближе.

— Вот тут самое интересное, — я покачала бокалом. — Никакой он не старпер. Ему лет тридцать, максимум тридцать пять. И он… чертовски красив. Как с обложки. Зелёные глаза, чёрные волосы,лицо… ну, просто безупречное. Но взгляд… ледяной. И разговаривает так, будто издаёт указы.

— Опа, — протянула Аня, приподняв бровь. — Красивый и опасный. Классика. И что, сразу выложил этот дурацкий счёт?

— Сразу. Четыре ляма. У меня глаза на лоб полезли. А потом… предложил работать на него. Репетитором у сына. Без права отказа.

— Без права отказа? Наглец!

— Ну, а что мне было делать? — я развела руками. — Сын, кстати… Демид. Лет восьми. Зелёные глаза в папу. И такой… слишком умный для своих лет. Наглый. Спросил, чего я не в короткой юбке, как вчера.