Капкан Бешеного - Мария Зайцева Страница 14

Рядом с ним столько женщин перебывало! Он наверняка умеет их считывать мгновенно. Распознает уже по походке, по взгляду, какова она будет в постели, что будет говорить, как двигаться, все внутренние мотивы просчитывает сходу.

И меня просчитал.

Не удивлюсь, если просто отправит меня восвояси уже сегодня.

Передумает благородничать и оставлять здесь.

И тогда я… вернусь обратно к себе в квартиру. В мою разрушенную крепость. К телефону, на котором сохранились сообщения неизвестного анонима, в красках рассказывающего, что именно и как он со мной сделает. А в посылке, присланной им, наручники и полный комплект для анальных извращений. Я так понимаю, пособие для обучения. А еще там, в моей квартире, в телефоне — голосовые от очень даже известного Конюховского… Я не удаляла их. Последние, по крайней мере. Но использовать их — бессмысленно.

Конюховский не просто так нифига не боится и открыто шлет мне всякие гадости. Любой мой поход в полицию теперь, когда нет продюсерской стены между мной и многочисленными придурками, почему-то так сильно возбуждающимися на мою внешность анимешной тянки, будет издевательством. И лишним поводом прицепиться и поржать. Помучить.

Закрываю глаза, обессиленно прижимаюсь лбом к стене, позволяя воде забирать весь вновь возникший в моей голове ужас.

Потому что это проснувшись и изрядно испугавшись, я была готова ускакать куда угодно и там радостно забиться в нору.

А вот сейчас, чуть-чуть придя в себя и представив в красках свое возвращение, я понимаю, что не хочу туда! Не хочу!

Не хочу опять вздрагивать от каждого звонка, каждого звука шагов в подъезде. Не хочу!

Трусиха, да!

Пусть!

Я никогда особо сильной не была, всегда прогибалась под обстоятельства. Один-единственный раз получилось отстоять свое, и даже успешно. Даже начало получаться у меня! И не только у меня! Еще и Васю вытащила из ее диких отношений с первым мужем!

Поверила в себя!

Ох, зря…

Мне быстро показали, кто я есть на самом деле. Вернули на землю.

— Ирина, ты как? Все нормально?

Спокойный глубокий голос заставляет вздрогнуть и прийти в себя.

— Да… Спасибо.

— Выходи.

— Хорошо.

Выключаю воду и вытираюсь. Понимаю, что делаю это очень долго и тщательно… Черт. Не надышишься перед смертью.

На вешалке нахожу тонкую белую мужскую рубашку.

Накидываю на влажное тело, рассматриваю себя.

Вроде, не просвечивает… И вообще, здоровенная она какая! Представляю, какой халат тогда.

Свою туничку, в которой меня сюда принесли, вместе с бельем, закидываю в стиралку на быструю стирку.

И, выдохнув, выхожу из ванной.

Демида Игнатьевича не вижу, и это хорошо. Почему-то мне думалось, что он ждет меня прямо за дверью, чтоб поговорить.

Глупо радуюсь, что это не так!

Укладываюсь обратно в постель, и именно в этот момент открывается дверь.

На автомате испуганно поддергиваю одеяло выше, встречаюсь взглядом с серыми глазами Демида Игнатьевича.

В его руках — небольшой сервировочный столик, из тех, что ставят на кровать по утрам. С завтраком.

И это так… шокирует, что не могу и слова сказать.

Все так же, глупо прячась под одеялом, молча смотрю, как он проходит в комнату, наклоняется, ставит столик рядом со мной.

— Тебе надо поесть, — коротко говорит он.

Киваю.

— Чтоб все съела, поняла?

Опять киваю.

Новый уровень взаимодействия, блин. До этого хотя бы «хорошо» дурацкое из себя выдавливала…