Прятки с Драконом - Рина Рофи Страница 147

В дверном проёме раздался громкий, нарочитый кашель.

Мы обернулись. Василиса стояла на пороге, скрестив руки на груди, но на её губах играла не колкая ухмылка, а самая что ни на есть настоящая, тёплая улыбка.

— Ну, наконец-то, — протянула она, и в её голосе звучало глубокое удовлетворение. — Похоже, месяц не прошёл даром. В доме пахнет не драконьей яростью, а... счастьем. И пирогами? — она с интересом понюхала воздух.

Я покраснела, спрятав лицо в плече Андоры, а он лишь крепче обнял меня, его грудь вибрировала от сдержанного смеха.

— Варим варенье из ягод, —пояснила я, показывая на горшок на плите.

Василиса покачала головой, делая вид, что это величайшая диковинка.

— Варенье. У дракона и кицуне. Мир определённо сошёл с ума. Но, — её улыбка стала шире, — надо признать, ему это определённо к лицу. Ну что, любовники, вы готовы показаться миру? Или вам ещё месяц на варенье и прочие... нежности?

Я хихикнула, а Андор, всё ещё не отпуская меня, сказал:

— Да. Пора возвращаться.

Я кивнула, прижимаясь к нему. В его словах не было сожаления, лишь спокойная уверенность. Наш месяц уединения подходил к концу, и мир — Академия, обязанности, та самая семья, что «косо смотрела» — снова ждал нас.

Мы вернулись в Академию за две недели до Нового года. Жизнь постепенно втекала в привычное русло — лекции, занятия, шумные коридоры, но теперь в моём сердце и душе, как тёплое, нерушимое солнце, жили уверенность, счастье и, конечно, любовь. Всё то, что мы обрели за наш месяц в горах.

Я тут же, едва успев распаковать вещи, прибежала к Наташе в нашу старую комнату. Она сидела за учебником, но, увидев меня, ахнула и отбросила его в сторону.

— Боги, Диана! Ты... ты как-то светишься по-другому! — воскликнула она, подбегая ко мне и хватая за руки. — И от тебя исходит такое спокойствие! Ну, рассказывай всё! Не тяни!

Я не могла сдержать счастливую улыбку.

— Наташ, — начала я, чувствуя, как внутри всё переполняется радостью, которую так хотелось разделить. — У меня... третий хвост.

Её глаза стали размером с блюдца.

— Третий? Серьёзно? Но как?.. — её взгляд стал изучающим. — Хотя, судя по этому свежему «сиянию», причина очевидна. Месяц с драконом пошёл тебе на пользу, — она подмигнула.

Я рассмеялась и кивнула, чувствуя, как краска заливает щёки.

— Это было... не так, как в начале. Это было... — я искала слова, —...исцеление. Мы просто были. Говорили, молчали, готовили, гуляли... — я замолчала, понимая, что словами всего не передать. — Он... он построил для нас дом, Наташ. Перенёс его в горы, но сделал там поля, как у меня дома. И климат подогнал.

Наташа слушала, и её лицо постепенно смягчалось от изумления к тёплому, понимающему выражению.

— Значит, всё было не зря, — тихо сказала она. — Вся эта боль, все эти побеги... Они привели тебя к этому. К дому. К нему. По-настоящему.

— Да, — выдохнула я, ив этом одном слове была вся моя новая, обретённая истина. — Всё было не зря.

Я чувствовала его. Не просто как тихое присутствие на фоне, а как постоянный, тёплый поток. Пока я делилась с Наташей самым сокровенным, через нашу связь ко мне мягко струилась его любовь. И не просто любовь — а нежность, смешанная с лёгкой, почти застенчивой гордостью. Он думал обо мне. О нас. О том, как я сейчас, наверное, сияю, рассказывая подруге о нашем счастье.