Вино и вина - Марина Йелс Страница 157

Дюваль горько усмехнулся, потирая шею.

– Как и всегда «ищите женщину», да?

– Пожалуй, – Бен тоже не смог удержаться от усмешки, хоть и на мгновение.

Повисла пауза. Дюваль опустил взгляд на пол, затем снова посмотрел на Бена.

– Ну что ж… думаю, нет смысла надеяться на ту сделку, да? – спросил он.

Бен вспомнил о финансовых затруднениях Дюваль Констракшен, к которым был причастен.

– Боюсь, что наша сделка отменяется, – ответил он спокойно, но затем, словно что-то вспомнив, добавил: – Хотя… я знаю одного человека, который сейчас ищет партнёра для строительства нового отеля. Я порекомендую ему обратиться к вам. В качестве извинения за… покушение на вашу жизнь.

Дюваль замер, несколько удивлённый таким поворотом.

– Благодарю, – сказал он. – Что ж… тогда, до свидания.

– Прощайте, месье Дюваль.

Они обменялись последними взглядами – взглядами, в которых больше не было ненависти. Это был последний раз, когда Бен видел его.

Прошло несколько часов, и за это время Бен осознал: его дар не принёс счастья ни ему, ни близким. Он почувствовал себя словно герой фильма «Ослеплённый желаниями» – мечта обернулась проклятием. Чем больше он размышлял, тем сильнее приходило понимание – этот дар стал для него бременем, от которого он хотел избавиться. Он сможет обойтись и без него. Вся его жизнь была ложью, пора найти что-то настоящее.

Он подошёл к окну, чтобы проветриться, и вдруг заметил Софию. Она стояла у тротуара, рядом с родителями, готовая покинуть больницу… и его жизнь. На секунду ему показалось, что его мысли достигли его, потому что в следующий миг София подняла взгляд. Между ними было несколько этажей, но казалось, будто она стоит совсем рядом, как тогда, когда они говорили в её палате.

«Прощай», – говорили её глаза. «Прощай», – ответил он.

София опустила взгляд. Отпустила его.

Мать Софии уже садилась в такси, когда их с отцом Софии взгляды встретились. Это был первый раз, когда Бен видел его вживую. Что бы он хотел сказать этому человеку? Ничего. Бен не испытывал к родителям Софии ненависти, хоть и не мог честно утверждать, что не винит их вовсе. Они определённо были виноваты и перед ним, и перед совестью. Но не он им судья. Больше нет.

София стала для него настоящей «felix culpa»: она была и карающей Немезидой, заставившей его столкнуться с собственными демонами, и путеводной звездой, указавшей пусть к свету. Казалось, он слышит голос Алена: «И зло обратится в добро, чудеснее, чем то, что первое сотворило». Она стала для него всем, но в конечном счёте ему не досталось ничего. И, наверное, он это заслужил. Теперь он должен заслужить прощение Алена и благосклонность Фортуны. Сам, без дара.

Ещё недавно он думал, что точно знает, куда идёт и чего хочет, а оказалось, всё это время он был потерян – жил чужой мечтой, больше заботясь о судьбах других, чем о своей собственной. Даже держа в руках бокал самого лучшего вина, он не был так счастлив, как когда они с друзьями пили дешёвое пойло, купленное на первые честно заработанные деньги. То вино было гораздо вкуснее. София помогла ему это понять.

Теперь ему предстоит найти себя заново и понять, чего он хочет на самом деле.

Бен бросил последний взгляд на небо за окном и решил позвонить Марте.

Три месяца спустя

София с улыбкой листала фотографиина экране ноутбука, которые прислала Анжела. Свадьба была во всех отношениях прекрасной: молодожёны решили устроить камерное торжество, пригласив только самых близких – родных и друзей. Шампанское, смех и искренние поздравления лились рекой, создавая атмосферу тепла и счастья. Все остались довольны, а особенно Анжела – она получила свадьбу своей мечты и теперь была готова начать новую жизнь с мужем.