Константин - Лана Морриган Страница 4

Сердце, которое давно не билось в буквальном смысле, откликнулось.

Он чувствовал это, когда услышал ее за дверью. Когда ее голос прорвался сквозь стерильную тишину.

И теперь понял: она его.

А ведь мог отвернуться.

Сказать: «Слишком поздно», «Не мой случай», «Нет возможности».

Как делал раньше. Как делал всегда.

И тогда потерял бы все.

Константин почувствовал, как в горле что-то застряло. Он прочистил его, откашлявшись в кулак.

Идея истинной связи не казалась ему легендой. Скорее красивой удобной сказкой, которая не могла случиться именно с ним.

Но сейчас…

Девушка устала от неловкого молчания и протянула ему бумаги.

— Вот. Пожалуйста.

Он по инерции опустил взгляд, совершенно не различая буквы. Какие-то серые полосы на белых листах. Попытался сосредоточиться. Мотнул головой.

Перед глазами поплыло.

— Извините, — произнес и обхватил голову руками.

Сжал виски, зажмурил глаза.

Первый удар пришел внезапно. Без предупреждения.

Как молния в безоблачное небо — остро, больно, ярко.

Тишина внутри Константина, веками привычная, бескрайняя и ровная, содрогнулась.

Изнутри раздался глухой хриплый стук. Один.Еще не ритм — толчок. Как первый вдох утопающего. Как трещина в ледяной поверхности.

Он оскалился, сдерживая себя, чтобы не напугать Лею. Не выдать себя раньше времени.

Вся его суть — древняя, безжизненная, дисциплинированная — сопротивлялась.

В глубине, под слоями самоотречения, за каменными стенами, которые он возводил целую вечность, шевельнулось сердце.

В груди сначала стало тесно. А потом будто кто-то изнутри ударил кулаком.

Тук!

Древний замерзший механизм вдруг дернулся и заскрежетал, отзываясь болью. Непривычной. Едкой.

Все внутри вновь застыло — только этот один удар повторялся эхом, отдаваясь по венам.

И…

Тук!

Тук!

Тук!

Тысячи лет — без пульса.

Тысячи лет — тишины.

Его сердце забилось вновь.

Вампир склонился, приложив ладонь к груди.

Под пальцами — не тишина.

Не пустота, к которой он привык.

Под пальцами — стук. Глухой, неровный, как барабан сердца новорожденного, который учится жить.

Сначала он не поверил.

Может, иллюзия.

Тук. Тук. Тук.

Реальный. Живой. Его.

Высший вампир распрямился, будто в груди произошел взрыв.

Губы приоткрылись. Грудная клетка приподнялась. Легкие, так долго спавшие, сжались и приняли первый глоток.

Вдох.

Мир окрасился иначе.

Воздух — не просто стерильный и клинически чистый. Он пах. Жизнью. Тканью ее блузки. Тонкими духами. Бумагой. Кожей.

В каждом запахе, в каждом звуке — дрожь.

Он ощущал слишком много, слишком резко.

Константин судорожно выдохнул, поднимая глаза на Лею.

Она смотрела на него растерянно, тревожно.

— Вам… плохо?

Он не ответил. Не мог.

«Ты дышишь, — пронеслось в его голове. — Ты дышишь, черт возьми».

А с дыханием пришло чувство. Глубокое. Полное.

Он чувствовал себя живым. Настоящим. Не существующим по инерции.

А живым!

Сердце билось медленно, тяжело, разгоняя окаменевшую кровь.

Каждый удар был похож на пытку.

Она осмотрелась, вскочила, бросилась к кувшину с водой, налила в стакан.

— Выпейте, — произнесла требовательно. — Я же вижу, что вам плохо. У вас испарина на лбу.

Вампир смахнул ладонью капли влаги и долго смотрел на пальцы.

— Может, давление? — Лея делала предположения. — Может, нужно позвать кого-то?

Он отрицательно покачал головой, выпрямился. Движение далось с трудом. Он чувствовалвсе: мышцы, сухожилия, даже кожу.