Капкан Бешеного - Мария Зайцева Страница 5

И, наверно, перебарщиваю все же, потому что девчонка оказывается очень легкой и буквально взлетает над полом, повисая беспомощно, словно кукла, в моих руках.

Это меня чуть-чуть удивляет. Чего это она? Настолько боится?

Хочу сказать ей, что я от ее подруги, успокоить, короче говоря, но почему-то молчу.

И держу ее, ощущая, какая она маленькая. Совсем, ведь, мелкая, надо же… И такая… Кукольная. Узкое личико, темные раскосые глаза, черные волосы в короткой асимметричной стрижке… Кореянка? Черт… Почему не знал? Не спросил, потому что, дурака кусок.

С другой стороны, какой смысл спрашивать? Какое мне дело, как выглядит девчонка, подружка моей невестки? Вообще без разницы же. Я ее, как женщину, и не планирую рассматривать, ни при каких вариантах, даже будь она Мерлин Монро тут.

Тем более, что она — вообще не Мерлин Монро.

Не мой формат совершенно.

Да и типаж не мой.

На таких девочек западают худые мальчики в свободных штанах и с сережками во всех местах. Рисуют их в разных пошлых видах, дрочат потом на эти рисовки… Как-то это называется даже…

Но мне не важно, как.

Все равно я не любитель.

Просто… Ну… Неожиданно как-то, да.

Она не пытается вырваться, висит покорной тряпочкой в моих руках. Приняла чего-то? Зрачки расширены, глаза кажутся черными-черными. И ужас в них потусторонний.

Надо что-то делать.

Я прикидываю, какими словами успокоить девчонку, и в этот момент она начинает шептать, испуганно и жалко:

— Пожалуйста… Пожалуйста… Сделай это быстро…

Чего?

Не понял сейчас…

Хочу уточнить, но девка снова принимается умолять:

— Пожалуйста… Не мучай…

И облизывает губы.

Они как-то сразу становятся розовыми и пухлыми, что на бледном лице смотрится… Ладно, пусть будет странно. Да. Странно.

— Не мучай…

— Хорошо, — говорю я, понимая, что девка явно под чем-то, и не надо ее волновать. Надо согласиться. — Я не буду тебя… мучить.

Она еще шире распахивает свои невероятные глаза, словно не веря, что я согласился, а затем выдыхает благодарно:

— Спасибо…

И обвисает в моих руках еще больше.

Да ебтвою…

Перехватываю ее поудобней и тащу вниз, к машине.

Не было у меня проблем, так нашел, надо же!

В машине я укладываю девчонку на заднее сиденье, укрываю пледом, который вытаскивает удивленный моим приобретением водитель, заботливо укутываю голые стройные ноги в высоких плотных чулках. Кроме них, заканчивающихся на середине бедер, на анимешке только свободная футболка, как раз до середины этих бедер и доходящая. От возни моей все это дело задирается, и я наблюдаю еще и черные трусики с каким-то принтом спереди, то ли кошка, то ли собачка. Блядь… Дебилизм и с боку бантик…

Трусы с рисунком…

Ловлю внимательный взгляд водителя на ногах и трусах девчонки, укутываю ее пледом поплотнее, неожиданно злясь на ситуацию.

А девчонка, не просыпаясь, начинает плакать. Да так горько, что мне не по себе становится. Терпеть не мог никогда женских слез, фальшивых насквозь. Но сейчас никто не играет.

Она реально чем-то до такой степени напугана, что не понимает даже, что плачет. Просто слезы льются по щекам из-под сомкнутых длиннющих ресниц.

И я вытираю их.

Вытираю, проклиная все на свете.

Задеваю пальцами распухшие от слез губы, бешусь еще больше, учитывая, что девчонка никак не может успокоиться.