Атаман. Тест на прочность - Максим Гарин Страница 17

* * *

Всю ночь и утро Терпухин с байкерами кружили в окрестностях Астрахани. Не раз приходилось переправляться через рукава, на которые дробилась здесь Волга. Где-то вода разливалась широко, но не поднималась выше оси колес здесь можно было не слезать с мотоциклов, проезжать реку прямо по дну. Где-то перекинуты были длинные шаткие мостки — требовалось незаурядное мастерство, чтобы проскочить по сбитым кое-как доскам на тяжелых «Уралах».

В одном случае они долго ехали вдоль берега, не находя ни моста, ни брода. Возникали уже сомнения, стоит ли вообще переправляться без веских причин. В конце концов наткнулись на некое подобие парома — плот с шестом. Воспользоваться им оказалось непросто: за стальное кольцо плот был прицеплен к стальному уголку, врытому глубоко в землю.

— Тяжелую бы кувалду сюда, — помечтал Штурман.

— Если б все были такими умными, давно бы плота здесь не было, — бросил Юрий и на всякий случай громко крикнул:

— Эй, паромщик!

Живой или нет?

Никто вроде не откликнулся, но скоро на открытое место вылез, шмыгая носом, парнишка лет четырнадцати. При виде мотоциклов глаза у него блеснули.

— Ты, что ли, паромщик? — весело посмотрел на него Майк.

— Ну.

— Сколько берешь?

— Для вас со скидкой, червонец за рейс.

Все трое оглянулись на плот.

— Всего три рейса, — заверил парнишка. — Я, да мотоцикл, да кто-нибудь один из вас. Больше никак не потянет.

— Сейчас проверим.

Первым на бревна выкатили «Урал-Вояж».

Закрепили, чтобы не съехал в воду.

— Чего тебе лишний раз напрягаться? Мы и сами управимся.

Пацан покачал головой:

— Только со мной. Все равно вам двоим с мотоциклом будет перебор.

Ничего не стоило дать ему пинка под зад, но парень вызывал искреннее уважение. Насчет загрузки плота он оказался прав: бревна почти полностью ушли под воду. Издалека могло показаться, что они с Майком переправляются без помощи плавсредства — сама вода чудом несет к противоположному берегу одного большого человека, одного маленького и мотоцикл.

Пацан умело обращался с шестом. Меньше чем за десять минут довез Майка и вернулся назад.

— И часто пассажиры попадаются? — спросил Терпухин, переправлявшийся последним.

— На этой неделе вы первые. Да мне все равно — и так торчу здесь с удочкой.

— А живешь где, далеко?

— Полчаса ходьбы, — мальчишка неопределенно мотнул головой.

— Других мотоциклистов, кроме нас, не видел?

— Еще и покруче мотоциклы видал.

— Я про последние дни спрашиваю.

Паромщик покачал головой:

— Ментов только видел на дороге. Как будто ищут кого-то. Не вас?

— Мы вроде ничего плохого не сотворили. Смотри, если бородач попадется на «Харлее», ни за какие коврижки не высовывайся.

Глаза у мальчишки вспыхнули еще ярче, чем при виде двух «Уралов».

— Ты и про «Харлей» знаешь? Ништяк себе молодое поколение.

— Я журнал про мотоциклы видел. Там все-все, — «паромщик» начал перечислять марки.

— И какой себе возьмешь?

— Еще не знаю. Может, лет через пять, крутой «Урал» появится?

— На, давай, счастливо тебе. Держи бабки — первый взнос на твой будущий «Урал».

Ментов действительно задела за живое «шутка» Гоблина, перескочившего через заслон на дороге. Мало того, что этот черт на колесах в очередной раз выставил всех дураками. Пришлось еще машину отдавать в ремонт — рихтовать, менять лобовое стекло.

Ментовское начальство приняло наконец решение заняться этим, по-своему уникальным, преступником в федеральном масштабе. Главным неудобством была способность Гоблина быстро и стремительно перемещаться. Только-только его начинало разрабатывать одно территориальное управление, как оно оставалось не у дел. Продолжать приходилось другому, толком не зная, сколько у него в запасе — сутки или неделя.

Теперь уже взялись по-серьезному. Во-первых, решили распространить уточненные приметы Гоблина и его мотоцикла в буквальном смысле по всей России, переслать их даже на Крайний Север, куда он до сих пор еще не добирался.

Вменить в обязанность любому местному УВД, обнаружившему татуированного бородача на своей территории, немедленно известить всех соседей по периметру, чтобы те заранее начали действовать.

Во-вторых, активнее работать по старым связям Гоблина. Даже у самого закоренелого одиночки были в свое время какие-то контакты и привязанности. При случае он может их восстановить.

В-третьих, задействовать нештатных сотрудников из уголовной среды. Ходят упорные слухи, что на дорогах от Гоблина страдают не всегда случайные люди, иногда он не брезгует брать заказ на аварию со смертельным исходом.

В Ростове снова вызвали на допрос старшую сестру Гоблина, которую уже дергали два года назад. Сестра — крашеная тетка с насупленными бровями негодовала, как и раньше.

— До пенсии доставать будете? Мы с ним давным-давно разругались, на порог не пущу, если явится!

Насчет друзей-знакомых отвечала как и прежде: не якшалась.

— Была у него одно время женщина постоянная, Ларисой вроде звали. Или не Ларисой? Короче, не видела я ее ни разу. Кто это мог терпеть его хоть неделю? Или ангел во плоти, или ровно такая же мразь, как он сам.

У следователя Парамонова из Ростовского горотдела не было оснований для энтузиазма.

Одно дело расследовать запутанное донельзя убийство крутого бизнесмена, когда пересекается множество интересов, когда возможны самые разные мотивы. Совсем другое — копаться в старом грязном белье какого-то отморозка. Попадется однажды по собственной глупости, тогда грош цена всем потерявшим актуальность сведениям — заплесневелым коркам, которых ты наберешь в мешок.

Тем не менее работа есть работа. В мотоклубе Парамонова встретили настороженно — Гоблин давным-давно здесь не тусуется. Майк со Штурманом никого не поставили в известность о цели своей поездки. Но если бы байкеры и знали что-то, все равно не доложили бы человеку с удостоверением в кармане.

На имя «Лариса» тоже никто не среагировал.

Посоветовали, правда, расспросить местных проституток, но только для того, чтобы скорее спровадить мента.