Четвертый рубеж - Максим Искатель Страница 41

Максим наблюдал за Семёном. Тот ел аккуратно, не жадно, хотя видно было, что голодал долго.

— Семён, завтра займешься солнечными батареями на крыше и ветряком. Генератор жрет солярку, а камеры и сервер нужно питать круглосуточно. Нам нужно гибридное питание. Сможешь поменять подшипники на старом генераторе от «Жигулей»?

Семён распрямил плечи. Впервые за долгое время он чувствовал не унижение беженца, а достоинство мастера.

— Сделаю. И я посмотрел вашу разводку… Там можно оптимизировать. Поставить реле, чтобы при движении включался прожектор на улице. Эффект внезапности. Враг крадется в темноте, а тут — бац! — и он в луче света, ослеплен. А вы его видите.

Максим переглянулся с Борисом. Идея была простой и дельной.

— Добро. Делай.

* * *

Они легли спать с новым чувством — чувством защищенности, которое дарила техника. Максим оставил дежурить Милу на первый час:

— Просто сиди с книгой. Если пискнет — буди меня.

Тревога сработала в три часа ночи.

Резкий, короткий писк динамика разрезал тишину, как нож. Максим проснулся мгновенно, рука привычно схватила ПМ под подушкой. Он скатился с кровати и в два шага оказался у мониторов.

Мила, задремавшая в кресле, испуганно моргала.

— Пап… там…

Максим вгляделся в экран «Камера 2 — Север». Картинка была черно-белой, но четкой благодаря ИК-подсветке. Красная рамка, сгенерированная кодом Милы, пульсировала вокруг темного пятна у кромки леса, в ста метрах от дома.

Это был не человек.

— Волк? — прошептал подошедший Борис.

Максим покачал головой и увеличил изображение (цифровой зум размыл детали, но суть осталась).

Существо двигалось странно. Рывками. Потом остановилось и подняло голову. В свете ИК-диодов блеснули два глаза.

— Слишком низко для человека, слишком высоко для волка, — пробормотал Максим.

Фигура вышла из тени деревьев. Это был человек, но он полз. Полз профессионально, по-пластунски, толкая перед собой какой-то сверток.

— Разведчик, — сказал Николай, бесшумновходя в комнату. — Проверяет минные поля или растяжки.

Максим нажал кнопку на пульте.

— Семён успел поставить прожектор?

— Да, но только на втором этаже.

— Рано. Пусть подойдет ближе.

Они наблюдали, как цифровой алгоритм ведет цель. Человек (а это был именно он, в белом маскхалате) добрался до первой линии колючей проволоки, скрытой в сугробах. Он замер, что-то делая руками.

— Режет, — сказал Борис. — Или разминирует.

— Пора, — решил Максим.

Он не стал будить весь дом. Просто взял рацию, подключенную к внешнему громкоговорителю (еще одно нововведение сегодняшнего дня).

— Борис, к пулемету на третьем. Не стрелять без команды. Просто взведи затвор. Звук «Максима» узнает любой.

На экране было видно, как Борис занял позицию в новом бетонном гнезде.

Максим нажал тангенту и щелкнул тумблером прожектора.

Двор озарился ослепительно-белым светом. Человек внизу замер, вжавшись в снег, как заяц.

— Ты в секторе поражения, — голос Максима, усиленный динамиком, прогрохотал над пустым двором металлическим эхом. — Брось кусачки, оружие и рацию. Медленно встань. Руки за голову.

Фигура на экране дернулась. Разведчик понял, что его не просто обнаружили — его вели. Он вскочил, пытаясь метнуться к лесу.

Грохот передернутого затвора пулемета «Максим» в ночной тишине прозвучал как удар молота о наковальню. Тяжелый, лязгающий звук смерти.