Четвертый рубеж - Максим Искатель Страница 51

За окном выл ветер, заметая следы крови и металла. Крепость стояла, ощетинившись новыми стволами, гудя серверами и сердцами людей, готовых стоять до конца. Впереди была долгая полярная ночь, но внутри горел свет разума и воли. Трофеи были взяты. Урок усвоен.

— Спать всем по очереди, — скомандовал Максим. — Завтра мы идем загород.

* * *

«Допросная» — бывшая кладовая на втором этаже — пахла не страхом, как это бывает в кино, а пылью, старым луком и… надеждой. Странный запах для места, где решается судьба пленника.

Максим вошел внутрь, не хлопая дверью. Он не стал играть в «злого полицейского», не стал светить лампой в лицо. Он просто поставил на табурет ноутбук и развернул экран к Денису.

— Смотри, — коротко сказал он.

На экране, в зернистой записи с камеры наблюдения, сделанной вчера, было видно, как БТР «Батальона» разворачивается, пытаясьуйти из-под огня. Видно, как пехота бежит за броней, пытаясь укрыться. И видно, как БТР, набирая скорость, подминает колесами своего же бойца, поскользнувшегося на льду. Броня не остановилась. «Зевс» спасал железо, а не людей.

Денис смотрел, не мигая. Его кадык дернулся.

— Это монтаж, — хрипло сказал он, но в голосе не было уверенности.

— Это raw-файл, без обработки. Можешь проверить метаданные, ты же связист, — Максим закрыл ноутбук. — Твой полковник Гриценко — плохой инженер. Он считает людей расходным материалом, смазкой для штыков. А в моей системе координат любой ресурс должен беречься. Особенно человеческий.

Дверь скрипнула. Вошла Варя. В руках у нее был не инструмент пыток, а дымящаяся эмалированная миска на подносе и ломоть домашнего хлеба. Запах куриного бульона с укропом мгновенно вытеснил запах пыли. Она молча поставила еду перед пленным.

— Ешь. Горячее. Тебе силы нужны, нога заживает.

Денис поднял на нее глаза, полные непонимания.

— Зачем? Я враг.

— Ты человек, — просто ответила Варя. — А мы не звери. И не «каратели», как вам врали. У нас наверху дети. И у Гордеевых, которых мы приютили, тоже дети. Мы просто хотим жить.

Она вышла, оставив их одних. Денис смотрел на суп, потом на Максима. Его шаблон трещал по швам. «Террористы» не кормят пленных домашним бульоном. «Террористы» не лечат раны. Он взял ложку дрожащей рукой. Съел первую ложку, вторую. Горячая жидкость, казалось, размораживала не только желудок, но и мозг, скованный пропагандой.

— Чего ты хочешь? — спросил он, отодвинув пустую миску.

— Расчета, — Максим достал карту. — Гриценко не успокоится. У него есть козырь, который он еще не выложил. Тяжелое вооружение. Я знаю, что БТРы — это была разведка боем. Что идет следом? Денис молчал минуту, глядя в стену. Потом тихо произнес:

— «Сани».

— Что?

— 120-миллиметровый минометный комплекс 2С12 «Сани». Три расчета. Они на «Уралах» во втором эшелоне. Дальность стрельбы — до семи километров. Им не нужно входить в город. Они встанут на высотке за ЛЭП и просто разберут ваш дом по кирпичику. Навесом. Ваши стены не помогут. Крыша сложится после третьего попадания.

Максим почувствовал, как холод пробежал по спине. Семь километров. Это приговор. Против миномета, бьющего из-за горизонта, у них нет аргументов. Поканет.

— Маршрут? — спросил он.

— Старая лесовозная дорога через Волчий овраг. Там мост бетонный, еще советский. Только по нему грузовики с боекомплектом пройдут, овраг не широкий, но глубокий.