Подземный бой - Александр Тамоников Страница 54

— Что-то в тридцатые годы не боялись мы безработицы, поощряли изобретательство и рационализацию, такой индустриальный рывок совершили, какой сегодня и не приснится. Благодаря этому рывку в войне победили.

Богданов чувствовал, что крыть нечем, и выходил из себя, отступая перед несокрушимой, но неприятной аргументацией товарища. Неужели Дорохин прав? Богданов устыдился своей горячности. Желание поспорить, всенепременно доказать другу, будто ничего в Датском королевстве не подгнило, привело к обратному результату: полковник нес всякий вздор, какой никогда в голове не держал, и тем самым оскорбил товарища.

— Думаешь, ты один замечаешь тревожные сигналы? — отбросив аргументацию, почерпнутую из заумных книжек, спросил он напрямую. — Нет, многие замечают. Но я не знаю, куда нас ведут. Я просто выполняю свою работу, обеспечиваю безопасность страны и народа. В органах другие есть, кто за внутренними делами следит.

— Ладно. Ты извини, набросился я на тебя.

— Да я сам виноват, конечно.

К Богданову с Дорохиным подошел Дубко и весело спросил:

— О чем разговоры? Почему без нас?

— Да вот, решаем с Николаичем, дать вам передышку или пригласить к «дискуссии», — полушуткой отозвался полковник.

— К дискуссии, конечно. Мы еще лопатой не махали, устать не успели, так что незачем нам отдыхать-прохлаждаться, — категорично заявил Дубов и зычно гаркнул: — Мужики!

Не прошло и десяти секунд, как отряд собрался вокруг командира, словно парни только и ждали этого призыва. Чон тоже подсел рядышком, рассудив, что клич Дубова относится и к нему. «Так даже лучше, пусть с нами поучаствует в обсуждении, потом проще будет Наму перевести, о чем мы тут между собой договорились», — подумал Богданов и обратился ко всем:

— Расположение и структура катакомб нам неизвестны. Предполагаю, какая-то часть лабиринта заминирована. Мера рискованная, я бы на такое не пошел. Один взрыв, пусть и малой мощности, способен вызвать обвал не только конкретного ответвления, но и соседних проходов. Однако минирование подземных лабиринтов выполнялось не раз в разных странах. В наших одесских катакомбах в годы войны имелись такие ловушки. Вывод: продвигаемся осторожно, под ноги смотрим, обследованные участки помечаем. Будем оставлять предметы на полу, рисовать стрелки на стенах. У командования необходимо запросить бухту троса, чтобы прокладывать его вдоль маршрута. Про нить Ариадны все наслышаны? Самый надежный способ, проверен тысячелетиями.

Парни закивали, и полковник продолжил:

— Второе. В подземных коммуникациях установлена телефонная связь с объектом и наружными постами охраны. Наша первоочередная задача — найти главный кабель, чтобы двигаться вдоль него. Это поможет избежать ловушек, тупиков, неиспользуемых веток. По кабелю быстрее выйдем к вражескому центру.

Никто слова командира не оспаривал, поэтому он возобновил обсуждение, более походившее на инструктаж:

— Следует помнить, что изначально катакомбы предназначались для других целей. Это отчасти помешает нам ориентироваться под землей.

Богданов не тратил время на объяснение понятных вещей. Каждый в его отряде понимал, что японцы прорыли сеть тоннелей, когда не ждали удара с севера и планировали долгий срок сдерживать наступление американцев. Поэтому в 1945-м катакомбы служили не просто коммуникациями, а частью военной базы. В них наверняка были предусмотрены укрытия от противника и интендантский склад. Сейчас планировка в целом осталась прежней, но назначение тех или иных частей лабиринта резко отличается от первичного.