За спиной войны - Александр Тамоников Страница 64

— Ты, должно быть, звонишь, потому что узнал что-то важное и никак спешишь меня порадовать, Крылов? — послышался в трубке голос начальника.

— Так точно, товарищ подполковник. Разрешите… доложить.

— Докладывай, — произнес тот.

— Мы нашли человека, который руководит группой сопротивления. Его удалось вычислить благодаря содействию вашего информатора — Петра, который собрал неопровержимые доказательства причастности вышеупомянутого человека к диверсии на мосту, а также к другим злодеяниям, совершенным в период оккупации Смоленска.

— Вот оно что, — все так же строго и устало ответил Князев. — Что же это за доказательства? Кто этот человек?

— Это Григорий Яновецкий, товарищ подполковник, — ответил Крылов. — По происхождению поляк, во время оккупации немецкими войсками Смоленска был их пособником и служил полицаем. Есть доказательства его преступных действий — грабежа, расстрела, многочисленных доносов, пыток, казней, насилия…

— Можешь не продолжать, — прервал его старший. — Что там дальше?

— В момент освобождения города скрывался вопреки всеобщему мнению о том, что он умер, — по этому поводу даже сохранилось свидетельство о его смерти, которое, видимо, развязывает ему руки и дает полную свободу действий по сопротивлению нашим законам.

— Как он может быть причастен к диверсиям?

— Я предполагаю… Что он может их координировать.

— Что значит «предполагаешь»? — спросил Князев. — Более точных данных у тебя нет?

— Никак нет, товарищ подполковник, прошу меня извинить. Мы только сегодня получили эти данные, а также…

— Не тараторь, — остановил капитана Князев. — Чем группа занимается сейчас?

Виктор закусил губу и провел свободной рукой по волосам.

— Мы наблюдаем за помощниками этого Яновецкого и надеемся в ближайшее время выйти на него самого. Пока что, на данный момент, его местонахождение остается неизвестным, зато стало известно, что он приобрел некоторые связи в этом городе. Сейчас Анна, то есть… товарищ Свиридова добывает дополнительные сведения о его главном пособнике, в то время как товарищ Соловьев отправился на разведывательную операцию также по добыче информации о группе других его помощников.

— Принято, — наконец произнес Князев. — Очень хорошо, Крылов, молодцы. Можешь ведь, когда захочешь! Этого Григория поймайте как можно скорее, в Москве его уже ждет подходящая стенка, вот же польская гнида…

— Так точно, товарищ подполковник, — согласился Крылов.

— Продолжайте сбор данных. Чем больше найдете причастных к группам предателей, тем лучше. Позже составь списки и направь в Москву. И не медлите, уже столько прошло времени, а вы только узнали, кто там главный.

Виктор вздохнул и кивнул, понимая, что Князев все равно не увидит его лица.

— Как скажете, товарищ подполковник. Все предоставлю в виде подробного отчета.

— Бумажки потом. Сначала — дело! Поймайте их всех и задайте им жару.

— Так точно, товарищ подполковник, — Крылов кивнул еще раз и услышал в трубке гудки, свидетельствующие о разрыве связи.

Князев положил трубку.

Тем временем Иван, который с наступлением темноты оделся потеплее и вышел на операцию, уже пару часов караулил Соколова у гостиницы. Параллельно он пытался угадать, какие из окон принадлежат комнатке Ани (ну и какие, соответственно, Соколову, ведь Аня написала, что они теперь с предателем соседи), и думал о том, как же его товарищ не бережет девушек. Аня ему нравилась — не так чтобы сильно, но, по крайней мере, какое-то чувство того, что ее нужно оберегать и защищать, он, как настоящий мужчина, испытывал. Именно поэтому, когда Крылов твердо решил отправить Анну на слежку за инженером одну, Иван начал капать ему на мозги о том, что это может быть опасно, что что-то может случиться, и вообще, нельзя же так в военное-то время раскидываться кадрами. Да еще и такими молодыми. Но увещевания Соловьева все равно не сработали, и девушка вот уже несколько дней жила совсем рядом с предполагаемым предателем.