Колонна приговоренных - Александр Тамоников Страница 73

Глеб понимал всю сложность предстоящего ему с товарищами дела. Понимал, что шансов освободить детей и доставить их к своим у них примерно пятьдесят на пятьдесят, а то и того меньше. Он не хотел обманывать девочку только для того, чтобы утешить ее. Ведь даже в случае успеха он не мог знать наверняка, живые ее брат и сестра или нет.

— Брата зовут Мося. То есть Моисей, — сказала Сара, вытирая слезы со щек. — Ему семь лет. А сестричке Агате пять лет в прошлом месяце исполнилось. Фамилия их — Михник.

— Хорошо, я запомнил. Теперь вот что мне скажи, Сара. Может, ты знаешь, сколько всего охранников в этом заведении?

— Нет, я не знаю, — покачала головой девочка. — Но когда мы готовились… ну, хотели угнать грузовик, мы думали, что охрана не очень большая. По нашим наблюдениям, а мы следили ведь не только по ночам, но и в светлое время суток, пересмена охраны у них была примерно в двенадцать часов дня. Это мы так думаем, что в это время была пересмена охраны, — уточнила она, немного помолчав и поразмыслив. — Потому что примерно в это время — где-то с половины двенадцатого до двенадцати — из ворот всегда выезжали и въезжали солдаты на мотоциклах. Но всегда не больше чем три мотоцикла с коляской в одну сторону. Три мотоцикла и по три солдата в каждом…

— Девять человек, — кивнул Шубин, имея в виду, что именно столько охранников могло находиться в каждой смене.

— Да, мы тоже так подумали, — согласилась Сара. — Девять человек…

— Глеб, посмотри-ка, — отвлек Шубина Ренат, который все это время, пока командир разговаривал с девочкой, смотрел в окно и наблюдал за тем, что происходило во дворе за высоким забором.

На этот раз все, что там происходило, было видно Шубину несколько лучше, чем ранее, когда он следил за всем из-за забора, стоя на спине Александрова. Хотя двери в пристройке были еще закрыты, из подъезда самого дома, который снова был освещен фарами, вышли сначала солдаты охраны с автоматами, а за ними, судя по белой косынке, санитарка или, может, медицинская сестра. Следом за ней появился и тот самый медик в офицерской фуражке. Лицо его на пару секунд осветилось фарами, и Шубин обратил внимание на то, что это был пожилой человек с худым, вытянутым лицом и в очках.

Медсестра и медик подошли к одному из грузовиков, которые стояли чуть в стороне от остальных. Пожилой военный стал что-то объяснять шоферу грузовика, вытянувшемуся по стойке «смирно», когда к нему приблизился медик в офицерской фуражке. Тот выслушал его, отдал честь и забрался в кабину машины.

— Что они еще надумали? — посмотрел на Глеба Астафьев, но Шубин не ответил, продолжая наблюдать. А что он мог ответить? Он пока и сам не знал, что происходит.

К ним подошла Сара и тоже стала смотреть в окно.

— Этот офицер в медицинском халате у них главный доктор, — сказала она. — Он полковник.

Глеб посмотрел на девочку, но спрашивать, откуда она это знает, не стал. Было и так понятно, откуда она знала об этом, раз не один месяц следила за домом и двором.

Тем временем грузовик, который стоял в стороне, стал разворачиваться и пятиться задом к той самой пристройке, из которой ранее выносили детей. Видимо, ночная воздушная тревога нарушила план вывоза. Время поджимало, и немцам приходилось поторапливаться.

Грузовик подъехал почти впритык к закрытой двери пристройки. К машине направились медсестра с военным врачом и скоро скрылись за крытым кузовом.