Бухта Севастополя - Александр Тамоников Страница 76

Янис быстро осмотрел оборудование в караулке. Луна была все еще на стороне оперативников. Руки грека буквально порхали над баллонами и какими-то непонятными циферблатами и прочим, во что Богданов пока решил не вникать.

Кажется, что Казинидис даже не использовал никакие дополнительные приборы. Просто что-то крутил и перещелкивал. Вместе с Рябовым Богданов быстро обезвредил винтовки, просто сняв с них несколько простых и сразу не заметных глазу деталей, без которых выстрелить метко теперь было практически невозможно.

Магнитных зарядов осталось пять. Это много. И опасно. Богданов быстро принял решение.

— Так, сейчас вы оба идете к госпитальной стенке и желательно прячетесь за нее. Сломать мы их не сможем, но я скину условное питание с заряда. Бегом, я сказал!

Вячеслав, чуть повысив голос, отослал своих бойцов. Рябов сжал зубы, но практически за шкирку потащил за собой грека.

— Ты уверен, что ему там не нужен хотя бы фонарик! Как можно обезвредить бомбу в темноте? — спросил Янис, но скорее для порядка. Он уже понял, что Богданов знает, что делает, даже несмотря на относительную молодость, с точки зрения Кузнецова и Казинидиса.

— Во-первых, светит луна, а во-вторых, если включить свет после работы в темноте, то на некоторое время будешь слепой как крот, и эти мгновения могут стоить тебе жизни, — пожал плечами Рябов, который и сам умел отлично стрелять на слух.

На самом деле заряды с магнитным креплением имели предельно простой механизм. Чем-то он напоминал противопехотную мину, но с большим радиусом поражения. Срабатывал все тот же пружинный механизм. Питанием в данном случае являлся первый заряд, от которого по цепи срабатывали все остальные. Богданов мысленно порадовался тому, что потратил столько времени на полигоне, изучая именно разминирование. И мог работать даже в полной темноте и с закрытыми глазами. Готово. Пять бесполезных коробочек. Если только не заметить поломку и не перебрать их заново.

— Надеюсь, что в ближайшее время вы не планируете их использовать, а потом они вам уже не понадобятся, — сказал Богданов невидимым врагам.

Он вышел из караулки и аккуратно запер за собой дверь на тот же навесной замок, который они до этого вскрыли.

— Так, все, по койкам, товарищи, напоминать о том, чтобы были начеку, думаю, не нужно.

Рябов и грек не стали скрывать своего облегчения от того, что этой ночью никто не взорвался.

— Так это схрон подрывников, я правильно понял? — спросил Янис, когда они вышли за территорию и пошли к санаторию.

— Да.

— Хорошо. Если будет нужна еще какая-то помощь, ты знаешь, где меня найти, — пожал плечами Казинидис.

— Янис, я начинаю волноваться. Ты слишком спокойный и задаешь слишком мало вопросов.

— Не хочу много знать. Я не шибко любопытный, знаешь ли. Мне дали определенное задание, и я его выполняю. Нужна помощь — обращайся. Собственно говоря, это и есть мое задание. Наблюдать. Даже не делая выводов.

— Добро, — чуть улыбнулся Богданов. Когда грек ушел к себе, Вячеслав похлопал себя по карманам, нашел семечки и чуть было не рассмеялся в голос. Странная привычка щелкать семечки, которая появлялась у всей боевой группы только на заданиях. Богданов даже ловил себя на том, что не помнит, когда и где он купил семечки, но тем не менее они всегда лежали в карманах. Тут кто-то тронул его за плечо.