На излом клинка. Книга первая - Александр Капков Страница 79

Между тем внизу, на первом этаже стало светло от свечей, и послышались голоса хозяина трактира и слуг. Вооруженные самым разнокалиберным оружием от кочерги до заржавленного мушкета, они, подбадривая друг друга, поднимались наверх. Первым среди этой толпы был Робер, почувствовавший вкус к подобного рода происшествиям. Я объяснил хозяину, что произошло нападение на его постояльца и, оборвав его причитания, сказал, что нужно убрать трупы куда-нибудь в холод. Сообразив, что разбойников, по крайней мере, живых здесь уже нет, он приободрился и распустил своё войско, оставив лишь двоих. Вместе с ними, я вернулся в комнату, где находился мой сосед, ставший жертвой нападения. Им оказался тот молодой человек, с которым я ужинал вечером. Он сидел на корточках, привалившись к стене и не выпуская из руки шпагу. Другой рукой он прижимал к себе большую кожаную сумку, имевшую медный замок с каким-то неизвестным мне гербом. Левое плечо его было в крови, и выглядел он неважно, видно, потерял много крови.

— Как вы себя чувствуете, сударь? – спросил я, наклоняясь к нему.

Молодой человек не отвечал, и дыхание его было тяжелым.

— Он ранен, и ему нужна помощь! Поспешите! – сказал я громко.

— Да, да, сейчас, – засуетился хозяин, до того обращавший внимание только на разбитую дверь и царящий кавардак.

— Я позову горничную. Жанна! Где ты? – крикнул он в коридор, – Никогда тебя не дозовёшься! Принеси воды и чистых тряпок.

— Спасибо, – сказал молодой человек, с трудом поднимаясь на ноги. Я отметил, что говорил он с иностранным акцентом.

— Ничего страшного, я чувствую себя вполне сносно. Любезный хозяин, необходимо уведомить власти о случившемся. Я – посольский курьер и везу важные депеши. На меня напали из-за них.

Хозяин при этих словах горестно всплеснул руками. Было понятно, что от политики он ждёт одних неприятностей.

Курьер склонился над человеком, лежащим в номере.

— Это мой кучер, они его убили, негодяи! Он всегда ночевал в моей комнате, для охраны. Бедняга, нашёл свою смерть за «тридевять земель» … Да, сударь!

Я приношу вам свою искреннюю благодарность, если бы не вы, я тоже мог быть мертв. Но я не представился, поручик измайловского гвардейского полка Фёдор Жемчужников. Прикомандирован к русскому посольству.

— Жемчужников? – удивлённо повторил я странную фамилию.

— Верно! – подтвердил он. Я из России.

Про эту далёкую страну, находящуюся где-то на северо-востоке Европы, я тогда ничего не знал, то есть вообще ничего, разве одно название. Но я не подал вида, словно только и делал, что встречал иностранных курьеров, особенно из России. Привычно отрекомендовавшись ему как де Ла Рош, я вспомнил, что так и стою без обуви, и поспешил откланяться, тем более что пришла девушка с тазом воды и материей, делать перевязку.

У себя в комнате я посмотрел на часы. Шёл четвёртый час, спать не хотелось, но я заставил себя прилечь. Мне не в чем было себя упрекать, за исключением того, что я убил одного из нападавших. Это обстоятельство могло задержать меня в деревне, подумалось мне. Однако я ошибся.

Утром, в трактире объявился вызванный трактирщиком помощник судьи из Мо. Он опознал предъявленный труп, как известного в этих краях бандита Морена по кличке «Безухий», правого уха у того и точно не было. Так что, по выражению судейского, я оказал услугу обществу, пристрелив такого убийцу и насильника. Когда я рассчитывался с хозяином, собираясь уезжать, ко мне подошёл русский. Левая рука его была перевязана.