Альпийская охота - Александр Тамоников Страница 92

Достав флягу с водой, Максим протянул ее раненому, потом сам сделал несколько глотков. Они сидели среди камней, два потрепанных, измученных человека, и наслаждались тишиной. Короткие минуты покоя, все, что они могли себе позволить. Надо было выходить искать своих, разобраться в том, где немцы, а где американцы. И вдруг где-то недалеко с новой силой разгорелся стрелковый бой.

Это стреляли Буторин и Мария, которые, бросив бесполезную теперь рацию, стали подбираться к Сосновскому и Зальцману. Михаилу удалось вытащить автомат убитого им часового, и теперь они вдвоем отбивались от… от кого, они не понимали сами. Получалось, что с одной стороны в них стреляли немцы, а с другой американцы. Что это группа американских солдат, Сосновский понял довольно быстро. Понял он и то, что их самих щадить никто не будет. Даже если американцы и узнали бы, что это русские, переодетые в немецкую форму, это их не остановило бы. Ненужные свидетели того, что немецкий ученый попал к ним в руки со своими ценными разработками.

Зальцман тоже пытался стрелять, но Сосновский попросил его экономить патроны. Неизвестно, где Клаусен, неизвестно, где Шелестов с Коганом. Буторин подозвал Сосновского и стал кричать ему в ухо, чтобы тот расслышал его на фоне перестрелки.

— Миша, мы когда сюда к вам пробивались, я видел там на территории неподалеку от шале какой-то сарай. То ли для мотоцикла, то ли для уличного инструмента. Если пулеметчика здесь снять, то мы можем за камнями проскочить туда. Клаусен в доме, больше ему быть негде.

— Надо отвлечь пулеметчика, только не знаю как. Если вот туда чуть повыше подняться, то я его сниму одним выстрелом. — И Сосновский указал на груду замшелых валунов.

— Давайте я попробую докричаться до него, — предложил Зальцман. — Скажу, что я немецкий ученый, что я хочу тоже к Клаусену, хочу отправиться с ним на запад к американцам. Думаете, не поверит?

— Даже слушать не будет, — покачал Сосновский головой.

— Я могу, — вдруг бойко заговорила Мария, которая до этого внимательно разглядывала камни слева от тропы. — Если проскочу тропу, то там внизу есть лаз между камнями. Я окажусь сбоку от пулеметчика. Он вынужден будет повернуться ко мне со своим оружием и стрелять в меня.

— И попадет, — проворчал Буторин.

— А вы поторопитесь, — улыбнулась Мария, вытирая потное лицо грязной рукой.

Сосновский только, соглашаясь, махнул рукой, понимая, что другого выхода у них нет и не скоро появится. Сейчас все решало время. Еще немного, и американцы разберутся в ситуации, поймут, кто с кем воюет, и все будет кончено. Буторин приготовился, стоя за камнем и приложив металлический приклад немецкого автомата к плечу. Он ждал момента, когда девушка отвлечет пулеметчика, чтобы сразить его одной очередью. У всех сжалось сердце, когда гибкое девичье тело мелькнуло на тропе и сразу исчезло слева за грядой. Пулеметная очередь опоздала, стегнув только по камням, вырывая пулями молодую траву. Еще минута, вот уже и ноги Марии исчезли в узком лазе, куда она чудом пролезла. И вот долгожданные очереди, пулеметчик тут же развернул на сошках свой MG и дал несколько коротких очередей туда, откуда в него стреляла Мария. Буторин тут же сделал шаг влево, показавшись из своего укрытия лишь наполовину корпуса. Короткая очередь, и пулеметчик затих, а его пулемет упал на бок.