Тени южной ночи - Татьяна Устинова

— Тишина в студии! Моторы идут! Аплодисменты! Начали!

— Привет всем, кто любит хорошо поесть и вообще весело провести время! Как всегда, в студии ваш любимый шеф Толян Истомин, а в гостях у нас знаменитая писательница, автор многочисленных детективных романов Марина Покровская!..

В студии зааплодировали, пожалуй, с некоторым энтузиазмом.

Жизнерадостный толстяк в белом кителе — китель должен был означать, что здесь, на телевизионной кухне, он самый главный, — повернулся к знаменитой писательнице и поддал жару в свою и без того огненную улыбку.

— Ну чего?! Какое твое любимое блюдо? Небось, как у всех, — пельмешки с мазиком?

И захохотал.

Писательница, не ожидавшая такого энергичного начала, тоже изобразила некое хихиканье и проблеяла неопределенное — то ли согласие, то ли отрицание.

— Сегодня я научу тебя готовить! И вас всех заодно! — Шеф широким жестом обвел массовку. — Вы ж наверняка все тоже в основном пельмешками пробавляетесь, а заодно пиццей! Сейчас мы такую вкуснятину заделаем, что ты про свои детективы позабудешь напрочь! Кстати, как тебе в голову пришло романчики-то кропать? Ты как начала писать?

Писательница Марина Покровская — в миру Мария Поливанова, псевдоним Покровская был когда-то придуман издателем для «красивости», — поправила на взмокшем носу очки и глянула на ведущего в некоторой растерянности. Худшим кошмаром ее писательской жизни были вопросы «Как вы начали писать и где вы берете сюжеты?».

На них не было ответов, и самое глупое, что этих ответов никто никогда и не ждал, как этот самый ведущий, но ненавистные вопросы почему-то все равно задавали!

Словно подтверждая ее мысли, шеф неожиданно выхватил из стакана пучок зелени.

— Вот это, — и потряс пучком перед камерой, — самый ненавистный, ужасный враг любого вкусного блюда! Это… укроп!

Он повернулся к писательнице, сунул ей под нос ужасного врага любого блюда и взревел:

— В гарбидж его! Первым делом! Вон с моего стола!

Писательница несколько отшатнулась:

— Ку… куда?

— В гарбидж! Там ему самое место!

— А! — спохватилась Марина Покровская. — В мусор, я поняла!

Однако ни в гарбидж, ни в мусор бросать укроп не стала, а тихонько опустила пучок во внутренний ящик.

— А сюжеты?! — продолжал ликовать шеф. — Где ты берешь сюжеты?! Вот, например, можешь, не сходя с этого места, придумать детектив про меня?! Во, давай так! Я тебя научу готовить вкуснятину, а за это ты сочинишь про меня историю с убийством! Ну?! Идет?!

Писательница посмотрела на повара, полезла было пятерней в короткие вихры, что являлось верным признаком замешательства, но вместо собственных волос нащупала на голове некую зацементированную жесткую щетку.

…Ах да, ее же гримировали и сооружали прическу перед записью программы! Теперь ничего нельзя тронуть — ни голову, ни нос, ни щеку! Кругом пудра, помада и лакокрасочные изделия!

— Ну, чего?! Заднюю даешь?! Сюжетики-то в голову не идут?!

…Кулинарная программа пользовалась необыкновенной популярностью, ее смотрели и в интернете, и по телевизору. Попасть в нее считалось большой удачей, именно так объяснял писательнице Покровской шеф-редактор перед записью. А все благодаря неординарной личности ведущего. Он умел, как говорится, «завести» аудиторию и «держать» ее.

Личность ведущего сияла, как круг швейцарского сыра. Огромные лапищи, отмытые до розовой глянцевости, уверенно лежали на столе по обе стороны гигантской разделочной доски.