Над темной водой - Алексей Макеев,Николай Леонов Страница 10

Виталий сдержанно пожал протянутую ему руку и ответил без тени улыбки, но и без бахвальства:

— Да вроде того. Женился на москвичке и сам там осел. Иногда к брату заезжаю погостить. Узнал, что ты приехал, и решил зайти.

— Что, Иваныч уже всем соседям растрезвонил, что я откинулся? Деревенский телефон исправно трындит, да?

— Да нет, я не от Иваныча узнал, — ответил Виталий. — Митя к нему недавно ушел узнать, как он там жив-здоров, но домой не звонил и ничего никому не говорил. Пару минут назад мне Ленка Щеглова позвонила и новость о тебе рассказала. Говорит, что ее мать тебя в окно увидала.

— Понятно, — несколько сник Скачков, но тут же улыбнулся снова и спросил: — Ленка-пигалица небось уже в невестах ходит?

— Ну не в невестах пока, но такая же красивая, как и Ксюха, выросла. От кавалеров отбою не знает, — усмехнулся и Виталий и в свою очередь спросил: — Что думаешь делать? Останешься или куда подашься?

— А тебе-то что с того? — Внезапно взгляд Василия сделался недоверчивым, но тут же снова потеплел. — Ты заходи, выпьем с тобой за нашу встречу, — приглашающим жестом руки он обвел комнату. — Правда, у меня тут пыльно. Наверно, давно никто не убирал. Но стол чистый. Не побрезгуй со старым другом посидеть. Не разувайся, пол все одно грязный.

Виталий кивнул и, шагнув в комнату от порога, сказал, осматриваясь:

— Все как и раньше. Ничего не изменилось с тех пор, как твои родители тут жили.

— Так некому было тут свои порядки наводить. Вот и перемен нет, — ответил Василий. — Татьяна мне писала, что только три года под дачу дом держала, а потом не до него стало, а продавать без меня не хотела. Теперь вот, наверное, продадим. На кой она мне, эта изба? Я скоро себе квартиру в Красногорске куплю. Трехкомнатную, не меньше!

— Фью, — присвистнул Виталий, садясь на табурет. — С каких таких барышей ты ее купишь? Квартиры сейчас в Подмосковье знаешь какие дорогие! Даже если дом выгодно продашь, то только на однушку и хватит. А ты на трехкомнатную квартиру размахнулся.

— Да вот, — рассмеялся Василий, — есть у меня заначка, понимаешь ли. Зря я, что ли, десять лет в тюрьме да в зоне чалился? Нет, брат, не зря. Пей, — подвинул он уже полный стопарик другу.

— Один не буду, — покачал головой тот.

— Ладно, я сейчас второй принесу, — засуетился Скачков и ушел. Вернулся со стаканом. — Только большой нашел. Куда Татьяна все прибрала — не знаю. Ну да потом разберусь, что и где лежит. — Он налил и себе, но немного. Пить не хотелось, но перед Виталиком было неловко признаваться, что его от водки тошнит с непривычки. — Давай, за встречу, — поднял он стакан.

Вторая пошла уже лучше. И тошнота стала проходить. Хмель ударил в голову. Василий еще больше повеселел, и ему вдруг захотелось поделиться с бывшим другом своей радостью.

— Слушай, что хочу тебе сказать… — начал было говорить он, наклонившись близко к Виталику, но вдруг осекся.

Подумал, что, может, пока и не стоит говорить ничего, а лучше сюрприз всем в Желябино сделать, приехав в пиджаке и на «Мерседесе». Так, чтобы слухи по деревне пошли о том, какой все-таки Василий Скачков молодец, а никакой не простачок и фантазер.

— Ты чего замолчал? — покосился на его задумчиво-отрешенную улыбку Виталий.

— Да так просто. Передумал я говорить. Секрет это пока. Понял? Секрет. Одно только скажу, что скоро никто Ваську Скачкова не узнает. Так-то.