И ад следовал за ним. 1914 - Ник Савельев Страница 104

Они собрались неофициально, без секретарей и протокола. Разговор был слишком серьёзным.

— Иштван, – Андраши стряхнул пепел в бронзовую пепельницу, – если мы выполним приказ эрцгерцога, через месяц германские уланы будут стоять на Дунае. Если не выполним – эрцгерцог объявит нас мятежниками и бросит против нас австрийские и чешские полки. Выбор невелик.

Фон Райеж не ответил сразу. Он взял со стола бокал с водой, отпил глоток.

— Дьюла, выбор всегда есть. Мы можем сделать так, чтобы приказ выполнялся, но медленно. Очень медленно. Настолько медленно, что эрцгерцог либо одумается, либо потеряет терпение и совершит ошибку.

Векерле пошевелился в кресле.

— Это риск, Иштван. Франц Фердинанд не из тех, кто теряет терпение. Он из тех, кто всё доводит до конца.

— Я знаю, – кивнул фон Райеж. – Поэтому мы не будем отказываться выполнять приказ. Мы просто попросим разъяснений. Уточним процедуру. Запросим подтверждение полномочий. Всё строго в рамках Соглашения 1867 года.

Андраши хмыкнул.

— Соглашение 1867 года. Ты хочешь использовать против короны тот самый закон, который корона использует против нас.

— Именно. Статья одиннадцатая – все вопросы, касающиеся венгерской части армии, должны проходить через венгерское министерство обороны. Приказ эрцгерцога касается венгерских полков. Значит, он должен быть оформлен через наше министерство. Я отправлю запрос в Вену с просьбой уточнить, на каком основании имперский Генеральный штаб отдаёт прямые приказы частям, укомплектованным венгерскими подданными. Пока запрос дойдёт, пока его рассмотрят, пока ответят, пройдёт неделя. Может, две.

Андраши покачал головой.

— Эрцгерцог не дурак. Он поймёт, что ты тянешь время.

— Пусть понимает. Что он сделает? Отстранит меня? Для этого нужно согласие императора, а император Франц-Иосиф не отстранит венгерского премьера в разгар кризиса, потому что это развалит дуалистическую систему окончательно. Пришлёт инспекцию? Пусть присылает. Инспекция тоже будет работать по процедуре. А процедура у нас, слава богу, не быстрая.

Векерле подал голос.

— А если он плюнет на процедуру и двинет войска без нашего согласия? Просто отдаст приказ командирам полков.

Фон Райеж перевёл взгляд на него.

— Командиры полков венгры, Шандор. Они выполнят приказ, но сначала позвонят в Будапешт и спросят, что делать. Я уже говорил с начальником Генштаба. Он понимает ситуацию.

— Насколько понимает?

— Достаточно, чтобы не наделать глупостей.

Андраши затушил сигару и сразу закурил новую.

— Хорошо. Ты выигрываешь время. Что дальше? Рано или поздно эрцгерцог продавит своё. Он упрям, как его дядя. И у него есть рычаги.

— Дальше мы используем это время, чтобы связаться с Берлином, – ответил фон Райеж. – Неофициально. Через наши каналы. Мы должны объяснить немцам, что происходящее в Вене это не политика империи, а личная паранойя эрцгерцога. Что Венгрия не намерена воевать с Германией. Что мы остаёмся верны союзу, даже если Вена сойдет с ума.

Андраши кивнул.

— Это я могу взять на себя. У меня есть выходы на людей в германском посольстве. И не только в посольстве.

— Знаю. Поэтому ты здесь.

Векерле снова пошевелился.

— А что с финансами? Если Вена продолжит настаивать на мобилизации, нам понадобятся деньги. Венгерская казна не выдержит даже частичной мобилизации без австрийских субсидий. А Вена сейчас сама на грани банкротства. Билински уже кричит о дыре в двести миллионов.