Смерть в бриллиантах - Си Джей Беннет Страница 104

И ее тело трепетало от азарта.

глава 40

Женщина в черном шелковом коктейльном платье и длинной накидке в тон выглядела так, будто ей больше подошел бы богемный квартал Мейфэр, чем обветшавшие улицы за Клэпхем-Коммон в южном Лондоне. Она искала один из тех викторианских домов, что давным-давно были перестроены и поделены на квартиры. Найдя нужный номер, она осторожно поднялась на лакированных каблуках по потрескавшимся ступеням, увернулась от мешков с углем и ряда пустых молочных бутылок у двери, постучала и стала ждать.

Дверь в конце концов открыла молодая блондинка со скулами кинозвезды и бигуди в волосах. Она явно сидела за макияжем: одно веко украшала идеальная стрелка, другое было пока голо.

Гостья вежливо улыбнулась.

— Берил? Берил Уайт?

— А вы кто?

— Я здесь по просьбе друга.

Блондинка оглядела незваную гостью с ног до головы.

— Правда? В любом случае ее нет дома. Могу я что-то передать?

Женщина в черном поняла, что разговаривает с самой Берил. Умение убедительно лгать не относилось к числу талантов блондинки.

— Это про Джину, – сказала она.

На лице Берил моментально застыло выражение страха и подозрения.

— Послушай, – сказала она, переводя дыхание, – я ничего не знаю, окей? Ни о чем. Я ничего не сказала, я умею держать язык за зубами. – Она собралась закрывать дверь. – Не знаю, кто тебя прислал, но так им и передай.

Женщина в черном твердо поставила лакированную туфлю в дверной проем. Она говорила быстро и тихо.

— Я не от тех, о ком ты подумала. В газетах Джину называют просто “девицей в тиаре”. Я думаю, она заслуживает большего. Я в этом уверена. Человек, на которого я работаю, думает, что может помочь. Он не вернет Джину, но может добиться для нее справедливости.

Берил продолжала тянуть дверь на себя.

— Джина умерла. Для таких девушек, как она, справедливости не существует.

— Для таких, как мы. – Женщина в черном не отводила взгляда от Берил. Берил удивилась и пристально уставилась на нее. Подозрение сменилось любопытством.

— Ну, на вкус и цвет…

— Поверь мне, у меня есть связи в высшем обществе.

— Неужели? Значит, твой “друг” был другом и Джины? – спросила она.

— Как я сказала, у меня есть друзья на самом верху. У нее тоже были.

Дверь приоткрылась чуть шире.

— Проходи.

Джоан шла за Берил по тесному, холодному, темному коридору с ощущением несколько ироничной гордости. Если Тони Раднор-Милн мог принять ее за женщину легкого поведения, то, как оказалось, могла и одна из звезд агентства “Раффлз”. В этом была определенная польза.

В квартире пахло сыростью и жареным беконом. Они прошли мимо крохотной кухоньки – газовая плитка, буфет, больше ничего – и столовой зоны, заваленной коробками и заставленной вешалками с одеждой. Когда Берил открыла дверь в дальнюю комнату, Джоан вспомнила чердак из “Маленькой принцессы”.

Спальня оказалась неожиданно большой. На кровати лежало шелковое покрывало. Ее освещали лампы, задрапированные индийскими сари, на стенах – лоскутное одеяло вырезок из модных журналов. От сквозняка и холода спасал маленький обогреватель с двумя спиралями. Джоан присела рядом с комодом, заставленным баночками с косметикой. Берил указала на маленькую ванную напротив двери.

— Я занята. Мне через пятнадцать минут выходить. Успеем поговорить.