Скверное место. Время московское - Вадим Тихомиров Страница 105

И рассказал, что видел. А видел он, как подъехала машина к крайнему коттеджу в их поселке и два жлоба выволокли из багажника мужика лет немалых, в пиджаке и при галстуке, с грязной тряпкой, вбитой кляпом в рот.

— Помятый человек был. Очень помятый. Видать, били его хорошо, раз сам идти не мог, башка болталась из стороны в сторону.

— Темно уже было?

— Темно, но фонарь светил ярко.

— Далеко от них стоял?

— Да рядом.

— А как же ты, дядя Миша, все это увидел, и тебя они не тронули?

— А кому трогать-то? Саньке да Сереге? Я их еще вот такими ошпырками знал, местные они. Когда они маленькие были, я им все грибные места показал в округе. Так что я у них в авторитете. Пальчиком пригрозили, и все дела. А я что, я ничего. Мое дело маленькое. Наши дома рядом. Соседи мы. Но уж больно мужик этот по ночам орет. Точно режут его, бедолагу. Вот я и подумал, что надо это прекращать. Одну ночь кое-как спал, другую, а тут словно молнией ударило. Это что же такое получается, мало того что я в ад попаду, так я и на третью ночь без сна останусь? Примите меры!

Торопились как на пожар. Стянули все силы, которые можно было собрать. Долго не озадачивались и хитроумных планов не городили. Ехали только с одной целью – спасти захваченного. Когда бойцы СОБРа ворвались в дом, то даже их замутило от количества крови, размазанной по полу и стенам, от вида истерзанного куска человеческой плоти, еще три дня назад бывшего директором крупнейшего винно-водочного завода области.

Братьев, пьяно вытаращивших зенки на незваных гостей, быстро вбили в пол и заодно отрихтовали им ребра берцами с подковками на носках. Пострадавшего мученика увезла скорая прямиком в реанимацию, а затем – на длительное восстановление в проктологическое отделение областной больницы.

Пяти минут хватило, чтобы выяснить, кому приходились бойцами невидимого фронта Санька и Серега, они же Хворый и Хилый.

Хрому.

В его организованную преступную группировку они вошли несколько лет назад, сразу по прибытии из мест не столь отдаленных. Нет, лично с ним, Хромом, они не были знакомы. Он кто? А они кто? С них хватило и одного слова их бригадира Нетопыря, который приказал отпрессовать Пол-литра, а именно под таким погонялом проходил по блатной картотеке славный Семен Аронович, без всяких соплей жалости, то есть по-взрослому. Чем, собственно говоря, они все три дня и занимались.

— Ну а что? Ну, некрасиво оно, конечно, получилось. Но если бы вы не приехали, он бы точно завтра все бумаги подписал. Он бы и позавчера все подписал, но не хотелось нам его отпускать. Нам тоже работу свою надо руководству показывать. Нам тоже не за просто так деньги платят.

— Зачем же вы, звери, так его истерзали? Ведь он же теперь инвалид на всю жизнь!

— Очко-то? Делов-то! Пилюлькины зашьют, как новый будет!

— Ах ты, падла, писателя Носова знаешь?

— Кого-кого?

— Того!

Хворого и Хилого били снова и снова в несколько рук. Летели в разные стороны кровавые брызги, смешиваясь с высохшей кровью Семена Ароновича, но два брата, словно неубиваемые, снова и снова ухмылялись и время от времени даже пытались шутить, пока два тяжелых удара с ноги не отправили их в затяжной и заслуженный нокаут.

* * *

— Н-н-ну что, сволочи, пьете?! – От мгновенно нахлынувшего возмущения полковника Серова опять пробило на заикание. – Н-н-начальник главка поручил вам дело, время идет, а вы пьете?! Я думал, у меня в отделе нормальные люди, а вас ни на минуту нельзя одних оставить?! Вы долбанутые?!