Секретные люди - Николай Свечин Страница 107

— Погоди. Стало ясно уже в сентябре прошлого года? Мне это и сейчас не ясно. И не только мне.

Разведчик пояснил:

— Вильгельма обвели вокруг пальца. Он считал, что Англия в войну не полезет. А Францию и Россию он разобьет поодиночке, из-за разницы в сроках мобилизации. Вступление в драку британцев вызвало у кайзера шок. Совокупные силы Антанты таковы, что рано или поздно немцам придется сдаться. Я имею в виду людские и материальные ресурсы, финансовый и промышленный потенциал.

— Германцы здорово дерутся! Выкинули нас из Польши, отогнали к Риге…

— Спору нет, воевать они умеют. Мы несем огромные потери. Но на точных весах все ясно проступает: им не победить. Вот гунны и стараются внести раскол в коалицию, чтобы уйти от войны на два фронта. Они даже с Францией ведут такие же тайные переговоры. Обещают вернуть Эльзас с Лотарингией! Лишь Англию считают самым опасным и непримиримым врагом. Все их детские хитрости шиты белыми нитками. Так вот, кайзер привлек к своим ложным маневрам и серьезные фигуры. По его поручению к Николаю Александровичу обратились два короля: датский – Христиан Десятый, и шведский – Густав Пятый.

— Что же конкретно предлагали короли? – спросил сыщик, для которого все услышанное было новостью.

— Посредничество в переговорах с кайзером. О сепаратном мире.

— Государь их отверг…

— Отверг, – подтвердил разведчик. – Говорю же: он категорически против закулисных сделок втайне от союзников. И она вместе с ним.

Алексей Николаевич решил подвести черту под разговором:

— Все? Секретные интриги прекратились?

— На сегодня да. Видя наши весенне-летние поражения, их военные потеряли интерес к идее расколоть Антанту. Решили победить нас в бою, после чего повернуть фронт на запад и уничтожить англо-французов.

— И у них это не получится? – припер гостя к стенке хозяин. – Ты уверен?

— Если только в России не случится революция, – оговорился тот. – Пока армия держится. Мы отступили, но не разгромлены. Общество устало, однако хочет победы. Дела со снабжением войск необходимыми предметами налаживаются, спасибо нашим промышленникам. И вот в таких условиях германцы решили погасить в обществе и в войсках дух войны и подорвать внутреннюю дисциплину. Разрушить единение монархии и народа.

Лыков плеснул еще в рюмки и спросил с нажимом:

— Повторю: а есть оно, это единение? Распутин трется возле трона как ни в чем не бывало. Прогрессивный блок требует сменить премьера, а царь отмахивается. Думу опять отправили на каникулы, чтобы не болталась под ногами, не мешала самодержцу. Просмотри, кто сейчас в фаворе! Эти адронниковы, бадмаевы, манасевичи, рубинштейны, симановичи… Стыдно за страну, за власть стыдно!

— Алексей! – Виктор Рейнгольдович поставил взятую было рюмку обратно на стол. – Думаешь, я этого не вижу? Или мне оно нравится? И вижу, и не нравится. Но я ношу погоны, а моя страна воюет не на живот, а на смерть. Что прикажешь? Отказать Верховному Главнокомандующему? Момент такой: или – или. Боши хотят разложить общество, ослабить таким образом государство и одолеть его силой оружия. Эта диверсия опаснее любых других. Я обязан ее пресечь. И прошу твоей помощи. Ты ведь тоже присягал Николаю Александровичу.

— Но…

— Я не призываю тебя ловить обывателей, недовольных государственным строем. А прошу помочь мне в поимке вражеских агитаторов.