Инженер смерти - Валерий Шарапов Страница 11

Он медленно сунул руки в карманы, выпятил грудь, желваки заходили на его лице. Приподнял голову, и кепка сдвинулась. Его маленькие суженные глаза нацелились на Варю. Это был взгляд человека, который привык стоять спиной к витрине и смотреть не на товар, а на тех, кто смотрит. В голосе его зазвенел лед.

— Вот что, краля, не играй. Мне не до этого. Принеси то, что сказал. Или позови того, кто это решает.

— Заведующая в отпуске, — ответила Варя. — И решаю здесь я. Могу предложить из запасника журнал Die Weltbühne, довоенное издание. Вот в нем как раз на немецком фрагмент второй части «Фауста»…

— Ты дурочка? — произнес мужчина, постучал пальцем по полке и сделал шаг к Варе. — Повторяю последний раз. Коричневый том. Вон там стоял. — Он указал рукой точно в пустое место, даже не сопроводив взглядом движение руки. — Не советую полоскать мне мозги…

Варя почувствовала, как щеку щекочет прядь — выбилась из-под заколки. Убрала ее за ухо, чтобы заполнить паузу, и при этом отступила на полшага, возвращая дистанцию. Она не выносила, когда люди нечаянно или по умыслу придвигались слишком близко, отчего могло шибануть запахом чужой одежды и дыхания. Так часто бывало на Кирова ранними утрами в очереди за молоком, где люди толкают плечом не глядя и каждому кажется, что он здесь один и все пространство принадлежит ему.

— Возможно, книга на руках, — мягко сказала Варя. — Оставьте адрес, и я…

Он вдруг резко оттолкнул ее в сторону, подошел к карточному каталогу и взялся за ручку первого попавшегося ящика. Варя легким движением накрыла его ладонь.

— Карточки читателей посторонние не трогают, — тихо сказала. — Правило простое.

Он задержал взгляд на ее руке. Отнял свою — медленно, без резких движений. Снял кепку, как бы из вежливости, и тут же снова надел. Воля и смелость Вари его впечатлила. Злость и раздражение незнакомца понемногу улетучивались.

— Правила, — произнес он, — вещь гибкая. Смотрите, чтобы не сломались.

— У нас заламываются только книжные страницы, — ответила ему Варя такой же многозначительной фразой с неким глубоким смыслом. — Но мы с этим успешно боремся.

Он неожиданно наклонился близко. От него пахнуло табаком и металлом, как в слесарной мастерской. Шепнул так, что услышала только она:

— Адрес. Мне нужен адрес, у кого книга. Поняла, цыпа?

Взгляд Вари упал на его рукав: на ткани — крошечная белая крупинка, похоже, от штукатурки. Вчера во двор, где они с Аркашей жили, привезли кирпич. Так дворники ругались, что все в пыли и каменная крошка липнет к обуви.

Она вдруг ясно поняла, что разговор давно вышел за рамки библиотечного.

— Оставьте телефон, — ровно сказала она. — Или адрес. И карточку заполните — без этого книги не выдают.

— Адрес тебе знать незачем. — Он вытянул из кармана спичечный коробок, положил на край стола. — Придет человек, скажет, от Коптильщика. Вот ему адрес и скажешь. Договорились, Никитина Варвара Ивановна?

Она не удивилась, что он назвал ее по имени-отчеству. В таких случаях удивление — слишком дорогой подарок для этого незнакомца. А Варя хотела играть с ним на равных. Взяла коробок, чуть выдвинула, закрыла, протянула его мужчине.

— Заберите. Здесь дети. И у нас не гастроном, из-под прилавка ничего не выдаем. Есть читатель, есть книга.