Верховенский - Priest P大 (Прист) Страница 12

Тяжёлый пакет, висящий на руле велосипеда, нарушал равновесие и усложнял движение против ветра. С утра Ло Вэньчжоу рассекал по городу, словно к раме прикрутили колёса Ветра и Огня, а вечером тащился домой будто на кривых железных обручах.

Когда он пересёк улицу и свернул направо, минуя парковку перед торговым центром, в груди вдруг что-то ёкнуло. Капитан поднял припорошённую снегом голову, периферийным зрением уловил знакомые очертания и, резко затормозив, обернулся. Там стояла его машина! Ло Вэньчжоу удивлённо вытаращил глаза. Под мерный шум двигателя кружились снежинки в лучах тёплого света фар.

Неужели Фэй Ду приехал за ним?

Капитан с невозмутимым видом, вразвалку подошёл к автомобилю и уже собирался постучать в окно, как вдруг радость сменилась ужасом.

Неизвестно, как давно Фэй Ду ждал его здесь, но за это время он успел уснуть, свернувшись калачиком на водительском сиденье. Отопление в салоне работало на полную мощность, а окна были наглухо закрыты! Капитан набрал полную грудь холодного воздуха и забарабанил по стеклу:

— Фэй Ду! Фэй Ду!

Он уже намеревался разбить окно, когда юноша наконец проснулся и растерянно огляделся. Заметив снаружи капитана, он потёр глаза и открыл дверь.

— Ты уже закончил… – Но договорить не успел.

Ло Вэньчжоу схватил его за воротник, выволок из машины и заорал в ухо:

— Ты, мать твою, на тот свет собрался или совсем с головой не в ладах?

Вырванный из тёплого салона Фэй Ду содрогнулся от холода и, окончательно придя в себя, осознал, что натворил. В ожидании капитана юноша вышел прогуляться, но быстро замёрз и вернулся в машину. Он вовсе не собирался накладывать на себя руки, просто недооценил, как сильно ослаб его организм за последние месяцы, и провалился в сон прежде, чем успело восстановиться кровообращение в конечностях.

Фэй Ду не привык выставлять себя дураком и попытался оправдаться:

— На самом деле я…

— Всё, давай, пошёл!

Задыхаясь от злости, капитан затолкал юношу на переднее пассажирское сиденье, сам прыгнул за руль и ударил по газам. Когда за машиной вытянулся почти десятиметровый хвост выхлопов, Ло Вэньчжоу вдруг вспомнил о чём-то. Чертыхаясь, он выскочил на улицу, подхватил забытый велосипед с пакетом мяса, забросил его в багажник, затем залез обратно, громко хлопнул дверью и рванул домой.

Фэй Ду с трудом мог вспомнить, когда бы кто-нибудь вот так на него орал. В ушах до сих пор звенел яростный крик капитана; он чувствовал себя Ло Иго, разбившим фарфоровую чашку. Спустя время юноша наконец вышел из оцепенения и, чтобы скрыть смущение, натянул на лицо улыбку и пролепетал:

— Я просто очень замёрз и хотел согреться. Я не собирался сидеть так долго, всего лишь прикрыл глаза…

— И что, слух автоматом отключился?

Попытка задобрить капитана вызвала обратный эффект. Ло Вэньчжоу наконец оправился от испуга, и внутри словно сработал переключатель. Он глубоко вдохнул и обрушился на Фэй Ду с нотациями.

Мастерство экспромтом выдавать тирады, как и сыпать отборной бранью, капитан перенял от отца. Сначала он прошёлся по всем давним глупым поступкам юноши, затем припомнил ему сегодняшнюю вылазку из дома, совершённую вопреки предписаниям врача, и закончил ланчем, напрочь перечеркнувшим нелепое оправдание:

— Раз так мёрзнешь, то какого чёрта не носишь подштанники?