Табакерка императрицы - Сергей Леонтьев Страница 12

Руководитель второго отдела[17] Управления комитета государственной безопасности по Свердловской области полковник Константинов внешне совершенно не соответствовал стандартному образу контрразведчика: неказистый, ниже среднего роста, в очках с толстыми стёклами в тяжёлой роговой оправе, с вялым подбородком, круглой лысиной, тихим голосом, бесхитростным взглядом и добродушным выражением румяного круглого лица. Его можно было принять за бухгалтера жилищной конторы или мелкого совслужащего. Обманчивая внешность полковника не раз вводила в заблуждение явных и скрытых врагов советского государства, о чём они впоследствии горько жалели.

Капитан Воронов шефа хорошо знал, иллюзий по поводу безобидной внешности не питал и старался докладывать чётко, по существу, не приукрашая достижения и не скрывая ошибки. Это у него плохо получалось, потому что ошибок было больше, чем достижений.

— Три дня назад внештатный сотрудник, псевдонимом Дьякон, доложил о появлении неизвестного гражданина, представившегося научным сотрудником Ленинградского фарфорового завода, направленного в Свердловск в командировку. Гражданин обратился к служителю церкви на Вознесенской горке Соловьёву Александру Степановичу, одна тысяча девятьсот сорок второго года рождения, известному среди прихожан церкви как отец Александр, с расспросами о какой-то фарфоровой табакерке, принадлежащей супруге отрекшегося от престола императора Николая Второго.

— «Какой-то табакерке»? – поморщился Константинов. – Капитан, ты с каких пор начал в докладе неопределённые местоимения употреблять?

— Простите, товарищ полковник, больше не повторится. Согласно архивным документам, супруге Николая Второго принадлежала табакерка, изготовленная в одна тысяча семьсот шестидесятом году известным мастером Виноградовым. После эвакуации царской семьи из дома инженера Ипатьева, где они содержались с…

— Я знаю, – проворчал Константинов, – где и когда содержались император, его семья и прислуга. Дальше.

— После эвакуации царской семьи табакерка найдена не была. Поскольку ответственные за эвакуацию сотрудники не представляли её истинной ценности, то особенно не искали.

— Что считают эксперты? Насколько табакерка ценна?

— На последнем аукционе в Лондоне аналогичное изделие работы Виноградова было продано за пятьсот шестьдесят тысяч фунтов стерлингов.

— Впечатляет, – кивнул полковник. – Дальше.

— Поскольку интерес сотрудника фарфорового завода к данному изделию не выглядел подозрительным…

— А то, что интерес возник через шестьдесят четыре года, подозрительным не показалось? – снова перебил Константинов, и тон его ничего хорошего не предвещал.

Воронов почувствовал, как по спине побежали ручейки пота, хотя в кабинете было прохладно.

— Мы подумали… Возможно, открылись новые обстоятельства…

— Подумали они! Продолжай.

— Поскольку любое проявление интереса к судьбе царской семьи, согласно распоряжению номер…

Полковник сделал нетерпеливый жест рукой.

— …подлежит проверке, агенту Дьякону было предложено войти в контакт с сотрудником Ленинградского завода. С этой целью агенту было выдано похожее фарфоровое изделие, изготовленное в конце прошлого века и хранящееся в запасниках нашего исторического музея.

— И?

— Во время встречи агент Дьякон был убит ударом ножа в грудь. Нож остался в теле, отпечатков пальцев на ручке нет. Фарфоровое изделие, переданное Дьякону, убийца не забрал.