Самое королевское убийство - Си Джей Беннет Страница 123

— Констебль, рада вас видеть, – сказала королева. – Пожалуйста, присаживайтесь сюда, к окну. Что вы можете мне рассказать?

Блумфилд не смог сдержать укола в сторону соперничающего отдела:

— Мне очень жаль, что вам пришлось пережить такое в пятницу, мэм, – начал он, присаживаясь. – Наверное, вы были очень расстроены. Столичной полиции стоило работать получше.

— Монархи редко расстраиваются, констебль, – твердо сказала королева. – Меня уверили, что подобное не повторится. Хотя, должна сказать, я не ожидала встретить Хью.

Блумфилд понял, что его поставили на место.

— Кхм, да. Приношу извинения. Мне передали, что вы были очень снисходительны к нам.

— Перейдем к делу, – сказала она. – Скажите, что вам удалось узнать?

Констебль кивнул, благодарный за твердую почву под ногами.

— Насколько я понимаю, лорд Манди признался вам, что убил своего кузена. Должно быть, это было страшное потрясение.

— О да, разумеется.

— Причина вполне очевидна: Нед оказался отцом Валентина.

Странным образом, королева сочла своим долгом передать слова покойного:

— Пусть так, но сложно представить, что такой человек, как Хью, убьет за это Неда, – сказала она, с любопытством ожидая реакции собеседника.

Как и стоило ожидать, Блумфилд лишь отмахнулся:

— Это веский мотив, мэм. Хотя, справедливости ради, обычно мы не ожидаем такого от людей его… эм… возраста.

— У стариков тоже есть чувства, констебль.

— Полагаю, что так. Но обычно люди не ждут сорок восемь лет, мэм. Вот что сбило нас со следа, даже когда мы узнали о Валентине. Барон, очевидно, много думал в эти сорок семь лет. Убийство – это самая простая часть. Сложнее обеспечить себе алиби. Он, должно быть, работал над планом месяцами. Как только мистер Найт указал, что у нас нет реальных доказательств того, что Нед покинул особняк, все остальное встало на свои места. За исключением одного упрямого свидетеля. Но и это быстро разрешилось.

— Как же?

— Речь о миссис Кейплтон, мэм. Она из тех людей, на кого обычно можно положиться. Староста церковной общины, верный поборник Женского института. Она была непреклонна в том, что Манди провел с ней весь день. Но вчера она позвонила. К тому времени мы не знали, что с ней делать. Но ее замучила совесть – судя по всему, на нее повлияла проповедь викария. Манди наплел ей отличную историю.

— Действительно?

— Он воззвал к ее человечности. Заскочил к ней в День подарков и сказал, что у него неприятности с дочерью. Четырнадцатого декабря он якобы ездил в Эли, чтобы “удовлетворить свои мужские потребности”, кажется, так она выразилась. Лорд Манди сказал, что знает, миссис Кейплон с сочувствием отнесется к вдовцу, но он опасается, что семья его не поймет. Заставил ее поклясться хранить тайну, и она была уверена, что предать его доверие будет неправильно. Ей и в голову не приходило, что он на самом деле может быть убийцей.

— Понятно. Не знала, что Эли – центр притяжения для подобных активностей, – отметила королева.

— Вообще‐то нет, не больше, чем любое другое место. Но миссис Кейплтон едва ли знаток в подобных делах. Тем временем лорд Манди открыл дом Сен-Сира его собственными ключами, воспользовался его телефоном и компьютером, чтобы создать впечатление, будто Сен-Сир там побывал, и собрал сумку. Мы не нашли достаточно ДНК в Эбботсвуде – не больше, чем можно было бы списать на короткий визит, который Манди признает. Но Манди заказал сетки для волос, пластиковые шапочки, хирургические перчатки, все необходимое с компьютера мистера Сен-Сира. Он все спланировал, мэм. Спланировал до мельчайших деталей. Только так он смог все провернуть. И он ни разу не ошибся.