Клан - Кармен Мола Страница 130

– И этой почкой ты оплатил поездку. Ты знаешь кого-нибудь, кто сделал то же самое раньше?

– Да, мой двоюродный брат.

– С тех пор ты что-нибудь о нем слышал?

– Он мне не звонил, но генерал Принц сказал, что брат живет в Мадриде. Вы сможете ему передать, что я здесь?

Рейес не посмела ответить, что его брату, скорее всего, удалили не только почку, но и все органы, которые им были нужны, а выпотрошенный труп бросили где угодно. На медицинском факультете, на мусорной свалке… и то же самое случилось бы и с ним, если бы Элена не пошла вслед за Абрахамом Бермехо.

– Твои товарищи тоже продали почку?

– Да. Все. Почку. У меня ее заберут?

– Нет, никто у тебя ничего не заберет.

– Значит, меня вернут в Африку?

– Сейчас ты ни о чем не беспокойся. Тебя отвезут в специальный центр, где о тебе позаботятся и все объяснят.

Африканец вскочил и заколотил кулаками по столу, что означало приближающийся взрыв ярости – естественную реакцию всех изгоев и неудачников на этой планете. Когда он заговорил, голос его звучал трагично, громко и временами срывался от волнения:

– Я знаю, что со мной будет: меня отправят обратно в мою страну, а у меня больная мать, ей нужны лекарства, у сестры нет ни одежды, ни еды, я приехал, чтобы зарабатывать на жизнь трудом и помочь семье… И что же теперь? Что мне делать? Скажи, что мне делать?

Африканец в отчаянии разразился слезами. Он всхлипывал, его плечи содрогались в такт рыданиям. Ордуньо попробовал его утешить дружеским похлопыванием по спине. Рейес встала и обняла беднягу. Из-за огромного роста ему пришлось встать на колени, чтобы выплакаться у нее на груди. Сцена была душераздирающей, у Мириам сжалось сердце. Бесчеловечность убийц, паразитирующих на бедах и надеждах иммигрантов, готовых ради туманного будущего отдать все, что у них есть, была беспредельной. Она почувствовала, что нервы у нее на пределе. Все это началось еще утром, когда она прощалась с семьей, словно это был последний счастливый день в ее жизни. И вот теперь этот африканец, стоявший на коленях перед Рейес, как перед языческой богиней, чудесным образом подвел Мириам к догадке. Главного маньяка нужно искать не в альбоме с психопатами, которыми так увлекались ее близнецы, а в самой системе, больной и эгоистичной, беспрецедентно жестокой и собирающей наибольшее количество жертв, основанной на неравенстве и позволяющей наживаться алчным охотникам за богатством, допускавшей существование диких зверей, безжалостных, бесстыдных и безнаказанных, в то время как все мы предпочитаем жить в стеклянном дворце и понимать в глубине души, что эти убийцы нас охраняют.

Она вдруг устыдилась своей приверженности регламентам, потому что поняла: противостоять столь могущественным преступникам, практически сросшимся с системой, с помощью катехизиса и протоколов невозможно. Разве с таким наивным подходом можно сражаться со стаей шакалов? Прежде она считала упоминаемый Эленой Клан абсурдным вымыслом, пресловутой теорией заговора, с помощью которой ее предшественница пыталась оправдать свои ошибки. А если ошибалась сама Мириам? А если Клан и есть тот самый преступный механизм?

Буэндиа сообщил, что пришел адвокат Бермехо и ждет ее в комнате допросов вместе со своим клиентом. Неудачный момент, подумала Мириам. Она слишком расчувствовалась, а такое настроение не подходит для допросов. Хотя, как знать, может быть, как раз наоборот.