Рецепты любви и убийства - Салли Эндрю Страница 132

Он завел меня в кухню. Вдоль больших серебряных столешниц висели всевозможные инструменты для разделки мяса, мясорубка, машина для изготовления колбас.

Наверху было теплее, но я дрожала еще сильнее. Тряслась, как погремушка.

— Что с Джесси? – спросила я, стуча зубами.

— Может, у плиты согреетесь, – сказал он. – С тех пор, как уехала жена, не ел человеческой еды, а вы, знаю, неплохой повар.

На плите стояла большая чугунная сковорода, а рядом – деревянная доска с тремя кусками мяса. Там же банка свеклы и фасолевый салат из супермаркета.

— Приготовьте стейки, – сказал он. – Мясо свежайшее.

Я попыталась включить газовую плиту, но руки меня не слушались. Онемели от холода.

— Давайте помогу, – сказал он, как настоящий джентльмен, и, отложив нож, зажег плиту.

Я ненавидела этого человека, убийцу, но позволила ему зажечь плиту. Руками я обхватила сковороду. Пальцы посинели. И от тепла даже заныли. Но вскоре ожили, и я налила в сковороду немного масла.

Собиралась положить туда мясо, но руки снова отказали. На этот раз не из-за холода. А из-за сердца.

Оно сказало: «Готовить с ненавистью не могу. Не могу, и все».

«А для Фэни готовила, – напомнил мне мозг. – Хоть и ненавидела».

«Нет, ненависти не было, – возразило сердце. – Я просто его не любила. А готовить любила».

Я отошла от плиты.

— Я не буду для вас готовить, – сказала я.

— Будете, – сказал он и вытащил пистолет.

— Готовить надо с любовью, – сказала я.

Все мое тело верило в эти вылетевшие изо рта слова, а мозг говорил: «Ты с ума сошла? Он тебя убьет!»

Я скрестила руки и ждала пули.

Но вместо того, чтобы выстрелить в меня, Ван Вейк рассмеялся. Холодным, сухим смехом.

— Что за люди, со своей… любовной чепухой, – сказал он с язвительной улыбкой. – Она делает вас такими слабыми.

Я стояла, все еще дрожа от холода, но желудок горел категорическим «нет».

— Приготовите мне еду, – сказал он нарочито сладким голосом, – расскажу, что случилось с Джесси. Обещаю.

Так я и поверила. Но если есть хоть крошечная возможность что-то узнать… Я приготовлю, из любви к Джесси.

Я положила стейки на сковороду. Брызнуло масло, но руки сами отпрыгнули в сторону. Ван Вейк снова рассмеялся.

— Видите, от вашей слабости я становлюсь только сильнее, – сказал он, сунув пистолет обратно за пояс. – Вы бы вообще не попали в эту переделку, если бы вам было все равно. Все это ради совершенно постороннего человека. И посмотрите, в какую историю вы вляпались. Это противоестественно, совершенно противоестественно.

— Если кто противоестественный, так это вы, – сказала я. – Вы больны.

Да, я ему готовлю, но соглашаться с ним не буду.

— Вовсе нет, – возразил он. – Я прошел естественный отбор. Я хищник. И думаю только о себе.

Он достал из кармана расческу и причесал свои редкие волосы.

— Без заботы и любви вы ничто, просто несчастный одиночка, – сказала я, переворачивая стейк.

— А мне нравится одиночество. Хотя хороший повар не помешал бы, – сказал он, убирая расческу. – А когда мне нужно… как вы это называете? – Он говорил, а взгляд его метался из стороны в сторону, зрачки двигались, как водяные жуки на пруду. – Близость, интим, тогда… я выхожу на охоту.

Он разложил салаты из фасоли и свеклы по двум тарелкам. В каждую я добавила по готовому стейку. Третий, самый толстый, оставила в сковороде, чтобы не остыл.