Месть удалась на славу - Ирина Левит Страница 133

— Я действительно позвонила Виктору в понедельник. Но не со своего телефона, я не хотела, чтобы он знал номер, а с незарегистрированного…

— Откуда он у вас? – перебил Дымарцев.

Анна Федоровна хмыкнула:

— Я его приобрела, когда тебя посадили. Я слышала, что есть способы звонить в тюрьму. Я не знала, какие, но не хотела, чтобы меня вычислили и у тебя были бы неприятности. Но телефон не понадобился, мы все узнавали через Володю, а трубка сохранилась. Вот я ею и воспользовалась. Виктор узнал меня по голосу и действительно очень обрадовался, когда я сказала, что хочу с ним встретиться. Я, признаться, не поняла, чего вдруг он обрадовался. Я же не знала, что он приходил к тебе, Марк, просил помочь помириться с Диной, а ты его выгнал вон.

Дымарцев недовольно скривился:

— И этот мерзавец решил, что вы эдакий посол доброй воли. И даже приготовился вашу родственную встречу отметить, вспомнив, что вы пьете виски и предпочитаете зеленые оливки.

— Я не знаю, что он решил, он не объяснял, но объяснил, как лучше его найти. Это оказалось довольно просто. И я действительно предпочитаю виски, но, как ты знаешь, Марк, пью редко, а зеленые оливки у нас в доме есть всегда.

— А Марычев не удивился, что вы собрались приехать в Кураевск, причем ночью? – спросила Вера.

— Удивился, – подтвердила Анна Федоровна. – Предложил самому приехать в город. Но я отказалась. Вы, госпожа следователь, достаточно правильно поняли: я хотела встретиться с Виктором совершенно тайно. Днем в городе это было сделать сложно, кто-то мог увидеть. А встречаться ночью… Ну не в подворотне же? И в этом Кураевске я не хотела никому попадаться на глаза.

— Вы опасались Марка Захаровича?

— Мне нет оснований опасаться своего зятя, – с достоинством ответила Анна Федоровна. – Но я категорически не хотела, чтобы он узнал. Я не хотела его волновать и не хотела никаких объяснений. Ему бы это очень не понравилось. Но, в конце концов, я имею полное право поступать по своему усмотрению, не создавая другим проблем. И я именно поэтому выбрала поздний вечер вторника, когда Марк с Володей должны были остаться в городе. В другие дни я бы не смогла.

«Если бы Марычев по какой-то причине не смог встретиться во вторник, он остался бы в живых», – вновь подумал Роман о превратностях судьбы.

— Правда, я беспокоилась, вдруг Марк захотел бы позвонить, а я забыла дома свой телефон. Взяла только тот, второй. Но он старается вечером звонить лишь в крайнем случае, знает, что мы можем рано лечь спать. Он и не звонил.

— Да, я рано заснула… и крепко спала… – почти прошептала Дина. – Ты мне подсыпала снотворное?..

Анна Федоровна промолчала, но не промолчал – более того, буквально взорвался – Дымарцев. Резко вскочил с кресла и, нависнув над тещей, рявкнул:

— Какого черта?! Какого черта вы потащились к Виктору?!

Анна Федоровна даже не вздрогнула. Медленно подняла голову, внимательно посмотрела в глаза зятя и заговорила голосом, от которого, по идее, все вокруг должно было покрыться льдом:

— Все эти два с половиной года я делала что могла. Я поддерживала Дину, помогала Алешеньке, заботилась о тебе, Марк. И все это время я молчала, считая, что мои чувства не имеют значения. Тебя здесь не было, Марк, когда Виктор выбрасывал из своей жизни жену и сына, а вот Володя и Лида все видели. Или почти все. Вы все могли только догадываться, а я точно понимала, что творилось на сердце Дины. Виктор же был ее мужем и отцом Алешеньки. Но она, как и я, умеет скрывать свои чувства.