Мазыйка. Приговорённый город - Алёна Моденская Страница 135

— Скинул его в реку, если что, — ответил наконец Этот. — Туда и дорога.

— Вы его заранее выбрали? — продолжал тянуть время Игнатьев.

— Нет, подвернулся. Мы оказались внешне похожи. Повезло. — И Этот рассмеялся.

Новиков запрокинул голову и продолжал шагать бочком, стараясь не смотреть вниз и не думать, сколько там метров до воды и ещё до дна. Небо темнело, впереди раскинулась равнина, которую тоже скоро зальёт вода. Чуть подальше — стройка шлюзов. Господи, как страшно-то.

— Как тебя хоть звать-то? — спросил Игнатьев.

— Ага, щас, — грубо отозвался Этот. — Так я тебе и сказал, урод краснопузый.

— Потомок белоэмигрантов? — Игнатьев звучал так, будто раскрыл какую-то забавную тайну во время настольной игры.

Этот ответил на каком-то незнакомом Новикову языке. Наверное, что-то оскорбительное.

— Поди, граф какой? Али князь? — продолжал насмехаться Игнатьев.

На сей раз ответом был выстрел.

Новиков даже замер на своём карнизике. Но Игнатьев не вскрикнул, звука падения тоже не было. Так что Новиков весь подобрался, сконцентрировался и пошёл дальше.

— Ну зачем же так-то ваше благородие, — процедил Игнатьев.

Судя по сдавленному голосу, он зажимал какую-то рану. Новиков ускорился, отчаянно надеясь не свалиться. Кажется, он уже почти обошёл здание технических залов. Точно, вон он, поворот к мосту.

— Что, понравилось, свинья? — насмешливо спросил Этот. — У меня ещё есть, держи!

И ещё два выстрела. Игнатьев молчал. Новиков наделся, что он ещё жив и, стараясь дышать ровно, шагал боком дальше.

Наконец он повернул к мосту, и оказалось, что здесь выступ пошире. Так что ускорился. Увидел на фоне догорающего заката, как одна тень возвышалась на мосту над другой.

Ивантьев сидел на коленях, но голову держал прямо. И ему в лоб упирался тонкий ствол пистолета Этого.

— А где своего лысого приятеля потерял? — спокойно спросил Этот.

Игнатьев молчал.

— Он сбежал, да? Бросил тебя тут? Правильно сделал. Хотя и для него у нас пуля есть.

Новиков дошёл наконец до моста, теперь нужно было осторожно перелезть заборчик. Он, стараясь не издавать лишних звуков, взялся за металлическую трубу, задрал одну ногу, другую. Как хорошо-то в свободных советских брюках.

Неслышно спрыгнул. Пригнулся.

— Я тебя потом добью, — вдруг произнёс Этот. — Хочу, чтобы ты посмотрел.

— На что? — сдавленно просипел Игнатьев.

— Вот на это. — И Этот достал из-под пиджака какую-то фляжку, вроде той, что отдала Антону Ида. — Наши учёные недавно вывели. Неубиваемый вибрион холеры. Размножается за секунды. И никакой антибиотик, никакая хлорка его не берёт. Вашим дуракам в жизни такой не сделать. И не обезвредить.

Новиков ногой что-то задел. Металлический звук, и Этот обернулся. Вспышка, Новиков присел, рукой попал на пистолет. Видимо, Этот отнял его у Игнатьева и отшвырнул.

Новиков кувыркнулся, Игнатьев сбил Этого с ног, но тот легко повернулся и подбросил Игнатьева вверх метра на полтора, сам подпрыгнул, снова пальнул в Новикова, к счастью, не попал. Только пистолет жарко дёрнулся и пропал из руки.

И тут раздался громкий ик. Оказалось, к ним по тротуарчику пришкандыбал Антон. Ага, не стал заморачиваться лазанием по карнизам.

Новиков мысленно застонал, Этот ногой отшвырнул Игнатьева.

— А, и ты здесь, — весело произнёс Этот. Наставил пистолет на Антона и приказал: — Очень хорошо. Возни меньше. Давай, присоединяйся к своим дружкам.