Между пулей и любовью - Владимир Колычев Страница 18

— Артамон пусть обождет, — промямлил Викентий, сглотнув слюну, чтобы смочить пересохшее горло.

Пахом с ним, водитель рядом стоит, Артамон подходит, бойцы у него, итого довольно-таки внушительная сила. Но увы, перед лицом Рэма Викентий чувствовал себя сиротливо. Вот уж точно не человек, а камень стопудовый.

— Артамон пусть отдохнет, — кивнул Рэм. — Если ты говорить хочешь.

— Вообще-то для этого у меня есть определенные люди.

— Отара подошлешь?

— А он что, не доходчиво объяснил?

— А разве я трогаю старый рынок? Насчет нового разговора не было.

— А это новый рынок?

— Пока нет, но все возможно.

— А разрешение на землю?

— Это наша земля, какое может быть разрешение? — удивленно повел бровью Рэм.

— Договор аренды, разрешение на строительство.

«И еще тысячи разных согласований», — пронеслось в воспаленному мозгу Викентия.

— У тебя этого нет, — усмехнулся Камень. — Мы за тебя не беспокоимся. И ты за нас не беспокойся.

— У меня все что нужно будет! — разозлился и вышел из себя Викентий.

— Как? Вопрос решается через начальника ТЭЦ. Но последнее слово за мной. А я тебе разрешение не дам.

— Ты даже не представляешь, с кем связался! — сквозь зубы процедил Викентий.

В ответ Камень лишь презрительно усмехнулся. Угрозы — оружие слабых, и очень обидно, что Викентий понимал это безо всяких подсказок.

— Что за дела? — Артамон лихо подскочил к нему, но на Рэма не бросился, глянул на него с опаской.

И на его бойцов покосился, которые, оставив асфальт, подходили к своему вожаку. Одно слово, и они всей толпой набросятся и на Артамона, и на Викентия. И кучу асфальта еще не разгребли, как бы под этой массой не оказаться.

— У вас свои дела, — сказал Рэм, в упор глядя на Викентия. — У нас свои. Наши дела с вашими не пересекаются. Полезете на нашу территорию, умоетесь кровью… Давай, братва, за работу! Асфальт стынет!

Он погнал своих бойцов к «КамАЗу», и сам пошел с ними. Ну да, точки над «i» он расставил, можно и дальше закатывать асфальтом чужую территорию, которая по закону улиц принадлежала ему. А это очень серьезный закон.

— Что такое? — спросил Артамон, обращаясь к Викентию.

— Это ты у меня спрашиваешь? — взорвался он. — Это я должен выяснять, что за беспредел здесь творится?

— Так я думал, это ты технику пригнал.

— И Теплоцентраль с лопатами?

— Ну, мы так особенно не смотрели…

— Тогда на хрена вы здесь нужны?

Викентий повернулся и рванул к машине. Водитель перегнал его, открыл дверь. Ульяна подала руку изнутри. Смотрит на него глазами преданной собачки, на все готова, лишь бы не наорал. А он мог. Хотелось душу отвести. Это же просто разрыв мозга какой-то. Викентий сам заплатил Рэму, чтобы он отстал от Артамона, а тот на эти деньги «распахал и засеял» землю, оставленную под пары. И теперь у бандита есть площадка, с которой он может вести торговлю. Так сказать, старый рынок не задыхается от притока покупателей, но динамика положительная, и местные бандиты сделали правильные выводы. И ведь к их логике не подкопаешься. С Отаром разговор был за старый рынок, о новом и речь не шла. Отар просто посмеется над Викентием, когда Рэм скормит ему свою логику. Лучше к Отару не обращаться, а то еще сильней к нему присосется. Но и на Артамона надежды нет. Ни рыба, ни мясо, ни пастух, ни овца, баран, одним словом.