Тайный ликвидатор - Валерий Шарапов Страница 18

Высказывать крамольные мысли было не принято – иначе самого обвинят в контрреволюционной деятельности и антисоветской агитации…

Сотрудники милиции терпели, стиснув зубы, старались не задумываться и делали свое дело…

Глава третья

Утро в отделе уголовного розыска началось занятно. В помещение всунулся дежурный по горотделу старший лейтенант Симаков.

— Прошу прощения, товарищи. Это не ваш труп нашли у пакгаузов на Яблоневой? Парни из постовой службы особо интересуются.

Нависло недоуменное молчание.

— Вот скажи, Симаков, – вкрадчиво начала Светлана. – Какой смысл ты вкладываешь в это свое выражение – «ваш труп»?

— Да, растолкуй, Симаков, – поддержал ее Сиротин. – Наши трупы, как ты можешь видеть, все здесь.

Люди сдерживали смех. Как-то сдавленно хрюкнул Пантелей.

— Да ну вас! – рассердился Симаков. – Лучше бы работали, а не умничали. Разжевываю для засевших на бронепоезде. За пакгаузами на Яблоневой сегодня утром околоточные рабочие обнаружили труп. Лежал на рельсах, мешал работать. Весь в крови. Ну, его слегка передвинули… чтобы дрезину пропустить. Вызвали патрульных. Один засомневался: он уже видел это лицо и выразил предположение, что это… ваш труп.

— Уговорил, красноречивый. – Андрей начал выбираться из-за стола. – Так и быть, съездим, полюбуемся…

Его мутило. Ночь отдыха выдалась короткой. Он провел ее в основном за столом, куря папиросы и пытаясь сложить в голове разрозненные куски задачки: Буба ушел. Полежаев умер. В отделе – сквозняк от пустых кадровых мест и муторное чувство незавершенности. Труп еще какой-то…

— Сиротин – со мной. Остальные – в отделе.

— Андрей Николаевич, я с вами, – встрепенулась Светлана. – Не оставляй меня с бумагами, я их боюсь.

— А я, значит, не боюсь, – хмыкнул Пантелей. – Да я вообще пишу как курица левой ногой. И образование у меня – школа при церковном приходе…

Светлана смотрела требовательно и решительно. Она сменила сорочку, но осталась в том же нелепом пиджаке с длинными рукавами – рабочей, с позволения сказать, униформе. Остальные благоразумно помалкивали. Луговец начал подозрительно покашливать, отводить глаза. Савелий Петрович Ветлужный «без страха и упрека» смотрел всем в глаза – знал, что не возьмут.

— Хорошо, Каретникова с нами, – смилостивился Некрасов. – Остальным – держать оборону.

Бардак в горотделе процветал махровым цветом. Транспорта под рукой не оказалось – никакого!

— Грузовик за продуктами на базу уехал, – объяснил дежурный Симаков. – Другой и третий – на выезде, они числятся за патрульно-постовой службой.

Во дворе – шаром покати, кроме вчерашней черной «эмки» – вроде и приписанной к горотделу, но бесполезной, как разбитая телега. У открытого капота, как и вечером, стоял долговязый водитель Анатолий и задумчиво царапал подбородок. Ремонт, как видно, в разгаре, а вчерашняя «помощь» дяди Степы только все усугубила.

— Где дядя Степа, мать его?! – рявкнул Некрасов.

Анатолий повернулся, равнодушно пожал плечами. Ох уж эта гражданская публика, которую даже к ответу не призовешь!

— Так нет его сегодня, Андрей Николаевич, не его смена, стало быть…

— А машина где?!

— Ну… – Анатолий задумался. – Думаю, там же, где и дядя Степа…

— А дядя Степа где?!

Как-то подозрительно всхлипнула Светлана:

— Да все в порядке, товарищи. Начинаем утреннюю разминку – решаем задачу с несколькими неизвестными.