Принцип трех обезьян - Ирина Левит Страница 18

Территория санатория напоминала сильно вытянутый прямоугольник и действительно не впечатляла размерами (на сайте это не скрывалось). Перед корпусами тянулась примерно сорокаметровая полоса с кустарниками, вдоль нее – дорога, а за дорогой открывался вид на лес и непосредственно на озеро. Периметр был обнесен металлическим забором из светлых прутьев – не раздражающим взор, но надежно охраняющим территорию. Над парадными дверями корпусов Вера заметила видеокамеры. Однако внутри спального корпуса их не обнаружила. И охранников не обнаружила, а они наверняка были – да вот хотя бы за большой золотистой панелью, расположенной рядом со стойкой администратора и наверняка представляющей собой одностороннее зеркало: с внутренней стороны все хорошо видно, а снаружи ничего не заметно.

— На всякий случай имейте в виду: у вас в номере лежит информационная папка, в ней есть буклет с подробным планом корпусов и в целом территории, а также обозначением, где что находится и как куда пройти, – сообщила администратор. – Очень удобно, вы точно не потеряетесь.

— Действительно, удобно, – согласилась Вера и прикинула: такое удобство может сильно пригодиться.

* * *

Предположение, будто главврач выбрала Ярослава потому, что ей не хотелось особо напрягаться-замудряться, оказалось совершенно ошибочным.

Сначала Валентина Тимофеевна Савушкина внимательно прочитала медсправки. Затем принялась расспрашивать о самочувствии с уточнением деталей. После со всех сторон прослушала Ярослава, измерила давление, температуру и заглянула в горло. Следом прощупала живот и спину, руки и ноги. И все это делала не спеша, с тщательностью человека, привыкшего ко всему подходить основательно.

— Ну что ж, юноша, – Савушкина не назвала подростка мальчиком или, хуже того, ребенком. Учла психологию. – Все вполне прилично.

И улыбнулась. В который уже раз. Причем не дежурно, а вполне искренне, даже как-то по-домашнему.

От Валентины Тимофеевны вообще веяло домашностью. Она была пышнотелой, с круглым, без малейшей косметики, лишь с легким налетом светлой помады, довольно моложавым для пенсионного возраста лицом, со светлыми буклями, аккуратно разложенными на голове, с добродушно-внимательным взглядом сквозь стекла очков, с высоким теплым голосом. Валентина Тимофеевна напоминала уютную тетушку из детских книжек, которая и мудрый совет даст, и вкусными пирогами накормит. Визит к таким докторам обычно улучшает настроение и самочувствие даже у самых закоренелых ипохондриков. Вера подумала, что новое руководство санатория не зря оставило Савушкину на прежней должности. Опять же, судя по всему, она действительно квалифицированный и внимательный врач.

— Да, в целом все вполне прилично, – повторила Валентина Тимофеевна, – но вы, Вера Ивановна, правильно решили воспользоваться услугами нашего замечательного доктора Ланкура.

— И сколько будет процедур? – спросила Вера, на что Савушкина развела руками:

— Ну этого я никак не могу знать. Жорес Жоржевич посмотрит юношу и определит схему лечения. Только он! У него сугубо индивидуальный подход к каждому.

— А когда платить и сколько?

— Ну, ориентировочную стоимость одной процедуры вы знаете, а сколько их понадобится и какие именно, определит только доктор Ланкур. Он заранее назовет вам цену, но платить станете по итогу. Жорж Жоржевич выставит счет, и вы рассчитаетесь у нас в кассе.