Лунные зайчики смерти. Трагедия 1988 года - Элис (Арису) Арисугава Страница 18

— Какое счастье, что гора крепко спит, – нарушил тишину Нацуо. – Давайте обедать.

Мы разложили ланч-боксы, началось веселое застолье. Пока Такэси с Саюри вели задушевные разговоры, меня взяли в оборот Мотидзуки и Масаки.

— Элис, я знаю, что ты признаешь ценность позднего Куина. Послушай, что говорит Профессор.

— Куин, как известно, псевдоним тандема Ли и Даннэя, и распределение ролей в этом тандеме в ранний, средний и поздний периоды… – говорил Масаки.

Тем временем моя Мадонна в компании Руми, Сёдзо и Нацуо хохотала до слез над их шутками.

Ода увлеченно обсуждал мотоциклы с парнями из отряда Цутому. Я огляделся в поисках Эгами. Он молча орудовал палочками для еды, неотрывно глядя на кратер.

* * *

В лагерь мы вернулись около двух. Было решено отдохнуть на свежем воздухе, занимаясь своими делами.

Сёдзо, Нацуо, Риё, Руми и трое девушек из туристического клуба уселись играть в карты в тени деревьев. С легким пренебрежением глядя на это занятие, Цутому с Такахико позвали Эгами, Мотидзуки и Оду в горы наблюдать за птицами. Масаки отказался, сказав, что не выспался, и заполз в свою палатку. Фумио с комфортом устроился изучать право в гамаке. Такэси с Саюри прогулялись по лесу, после чего устроились поболтать на смотровой площадке.

Я упустил свой шанс присоединиться к карточной игре с Риё и остальными и не знал, чем заняться. Наблюдая за тем, как удачно развиваются отношения Такэси и Саюри, я держал за них кулаки, но вместе с тем ловил себя на мысли, что хочу побыть в одиночестве. Понаблюдать за тем, что рождается в моем сердце.

Поэтому я отправился в белоствольную рощу.

6

Такахико, Юко, Мика и Сёдзо готовили ужин. С благодарностью глядя на тех, кто остался дежурить на кухне, остальные направились через лес к смотровой площадке полюбоваться вечерним солнцем. Закат был не менее прекрасен, чем вчера. За ветхой оградой открывался крутой склон, поросший стлаником.

— А знаете, – радостно сказала Салли, – мы решили поменять планы и остаться еще на два дня.

— Здорово! Конечно, оставайтесь! Побудем здесь подольше. Продукты у вас есть? – спросил Цутому. Саюри утвердительно кивнула и повернулась к нам. – А вы, ребята, Моти, что думаете?

— Да, вы же говорили, что приехали с двумя ночевками. Выходит, сегодня последний вечер? – сказал Такэси.

А ведь и правда. Две ночевки – это значит, что завтра мы уезжаем. Не хочу! Я эгоистично подумал, что желаю остаться, даже если друзья уедут. Хотя если бы Салли не сказала сейчас, что они остаются, и я мог бы уехать вместе с Риё, я без сожалений вернулся бы завтра домой.

— Ну вот, ехали в такую даль, а уже назад. – Мотидзуки взглянул на Оду.

— Получается, мы и отдохнуть-то по-настоящему не успели. Считай, только сегодня. – Ода посмотрел на Мотидзуки.

Затем они пристально посмотрели на меня.

— Я против! – сказал я с решимостью в голосе. – Ради чего я столько вкалывал? Какая разница? Где один день, там и два? Еды у нас с запасом, а если вспомнить, во сколько нам обошлась дорога сюда, то возвращаться завтра просто глупо!

— Хорошо сказал! Вот это по-осакски! Повтори это нашему предводителю. – Ода выглядел довольным.

— Точно, Элис, поговори с Эгами, – сказала Риё, и от ее слов я почувствовал себя во сто крат сильнее.

В лагере тем временем был готов ужин. Рис на пару и суп мисо с водорослями и белокочанной капустой. На второе – малосольное мясо и сосиски на импровизированных шпажках из веток.