Анна Павлова и священный рубин - Юлия Алейникова Страница 19

— А еще кто-нибудь с вами проживает?

— Нет. Двое нас. Сын погиб еще в сорок первом в бомбежку, невестка в блокаду умерла, а детей у них не было. Так что мы вдвоем, – печально пояснила хозяйка квартиры.

— Ясно. Скорую вызвали?

— Вызвали, у нас телефон в квартире. И милицию вызвали, а вас, наверное, соседка привела?

— Наверное. Гражданка на проспект выскочила с криками «убили!», – строго нахмурился молоденький милиционер. – А оказывается, все живы.

— Слава богу. Я так сперва испугалась, показалось, что муж не дышит, а потом он застонал, и я его кое-как на диван перетащила, – продолжала всхлипывать хозяйка.

И она, и муж были люди уже немолодые, за шестьдесят, вида интеллигентного, да и квартира… сразу видно, ученые. Все стены в книжных стеллажах, как в библиотеке, на столе бумаги разложены, книги.

— А пропало что-нибудь в квартире, вы не смотрели?

— Ой, да когда же? Я вот с мужем: пока перетащила на диван, пока полотенце мокрое принесла – не до того было!

В коридоре раздались голоса, хлопнула дверь, и хозяйка поспешила в прихожую.

— Сюда, доктор, проходите, – раздался ее взволнованный голос.

Милиционер, увидев строгую, в белом халате, докторшу, из комнаты поспешил выйти и занял пост в дверях квартиры до приезда уголовного розыска.

— Разойдитесь, товарищи, освободите дорогу! – послышался из парадной строгий гулкий голос, и молоденький милиционер, одернув гимнастерку, распахнул дверь квартиры.

— Младший лейтенант Усиков, – доложил он. – Ограбление. Пострадавший, хозяин квартиры, находится в кабинете. Там жена и врач из неотложки.

Коренастый, абсолютно седой, как лунь, сотрудник уголовного розыска и двое его коллег, один помоложе, другой постарше, с потертым чемоданчиком в руке, молча проследовали в указанную комнату.

— Здравствуйте, граждане, уголовный розыск, майор Ерохин. Где у нас пострадавший? – входя в кабинет, представился седовласый майор.

— Здравствуйте. Доктор Литовченко. Пострадавший – вот он, но мы его сейчас забираем в больницу, у товарища черепно-мозговая травма, нужна госпитализация.

— Ладно, доктор, но сперва мы его должны допросить, – продвигаясь к дивану, на котором лежал мертвенно-бледный, с забинтованной головой, довольно упитанный хозяин квартиры, заявил майор Ерохин.

— Можете, конечно. Но он ничего не видел: удар был нанесен сзади, сильный – пострадавший сразу потерял сознание.

Лежащий на диване пострадавший согласно промычал.

— Товарищи, поможете нам снести больного вниз к машине? – попросила молодых сотрудников милиции врач, и те с согласия майора взялись за носилки.

— А вы, значит, жена пострадавшего? – обратился майор к суетящейся возле мужа хозяйке дома.

— Да. Вы извините меня на минуточку, я Борю провожу. И надо ему что-то теплое с собой собрать, хоть носки шерстяные: в больнице всегда холодно. Щетку, наверное, и белье? Доктор, что надо собрать? – Она поспешила прочь из комнаты вслед за процессией.

— Ладно, давай, Карпухин, приступай к осмотру места преступления, – велел майор, поднимаясь с места, и сам приступил к осмотру комнаты. Когда хозяйка квартиры вернулась, криминалист заканчивал работу, а майор беседовал в прихожей с молодым сотрудником. – Все, Сергеев, отправляйся на поиски свидетелей, а я тут закончу. Итак, ваша фамилия, имя, отчество? – присаживаясь за стол в гостиной, приступил к допросу майор.