Несравненный. Том 1 - Мэн Сиши Страница 201

Но Фэн Сяо и Цуй Буцюю было совсем не до любования природой: они ломали головы над очень сложной загадкой.

Цуй Буцюй взял лист бумаги и принялся выписывать на него имена. Второй господин не преминул отметить про себя, что руки у Вестника управы Левой Луны были весьма изящные, а почерк легкостью и живостью линий напоминал плывущие облака или струящуюся воду. Конечно, по мнению Фэн Сяо, с его дарованиями никто сравниться не мог, но приятно иногда полюбоваться чем-то новым. Потому он с интересом наблюдал за движениями кисти Цуй Буцюя.

Сперва в сгоревшем доме нашли Чэн Чэна и второго приказчика, затем им встретился на улице Юй Сю, который о чем-то договаривался с третьим управляющим, и наконец случилось покушение на Дуань Циху – тот остался жив, а вот состоявшего в сговоре приближенного Син Мао нашли повешенным.

Закончив составлять список, Цуй Буцюй обвел имя советника принца Цзинь.

— Предположим, Юй Сю точит зуб на Дуань Циху и хотел убить его руками третьего управляющего, а всю вину взвалить на Син Мао. Но тогда ему нет никакой необходимости убивать Чэн Чэна и Ли Фэя.

Фэн Сяо согласился с его рассуждениями:

— Я сражался с Юй Сю лишь единожды, но успел понять, что он человек гордый. Чэн Чэн и Ли Фэй – мелкие сошки. Такой, как он, не стал бы марать о них руки. Что до третьего управляющего, то и его он бы просто убил, не утруждая себя подвешиванием мертвеца, дабы выдать все за самоубийство, и уж тем более не стал бы оставлять послания на ладонях. Все эти заморочки совершенно ни к чему!

— Дуань Циху сказал, что не знает Юй Сю, и, судя по всему, не обманывал, – думал вслух Цуй Буцюй. – Но отчего он так испугался, услышав про Янь Сюэсина?

Фэн Сяо покачал головой:

— Цюйцюй, знаешь, какой недостаток присущ умным людям?

— Прошу, просвети.

— Они слишком много думают и склонны в своих рассуждениях идти по ложному следу, – пояснил второй господин.

— Это не один недостаток, а два, – возразил Цуй Буцюй.

Притворившись, будто ничего не слышал, Фэн Сяо продолжил:

— Так вот, ты пробовал взглянуть на все с другой стороны? Может быть, это два совершенно разных дела? Одно – сговор с целью погубить Дуань Циху, а другое – смерть Чэн Чэна, Ли Фэя и третьего управляющего.

— Звучит складно, – согласился Цуй Буцюй. – Но раз ты сумел это понять, выходит, тебя теперь к умным людями не отнести?

Фэн Сяо одарил его улыбкой еще более очаровательной, чем те желтые цветочки у окна:

— Сие означает лишь то, что я еще умнее.

На свете немало таких наглецов, у коих ни стыда, ни совести, но столь беззастенчивого Цуй Буцюй видел впервые – этот еще и целыми днями красовался своей наглостью! Руки так и чесались его придушить, но Вестник счел, что лучше, пожалуй, отвернуться, пока сам не наделал глупостей.

— После смерти третьего управляющего Дуань Циху станет относиться к Син Мао еще хуже, – сказал он. – Они и без того никогда друзьями не были, а теперь и вовсе достаточно искры, чтобы пламя вражды разгорелось вновь.

— Судя по всему, ты опять что-то замышляешь, – заметил Фэн Сяо.

— Хочешь присоединиться? – вместо ответа спросил Цуй Буцюй.

— А что мне с того будет?

Вестник и глазом не моргнул – без тени сомнений, безо всяких колебаний произнес:

— Отец.

Фэн Сяо хорошо запомнил, как ему пришлось трижды обратиться к Цуй Буцюю таким образом, и с тех пор он время от времени требовал, чтобы тот тоже так его величал.