Девятый перстень - Елена Леонова Страница 22

— Тут другая ситуация, поверьте мне. Папирус не представляет ценности для кладоискателей. Но почему вы про него спросили?

— Его украли.

— Украли? Хм, — Оболенцев закинул ногу на ногу, задумавшись на пару секунд, — это странно. Да. Не знаю, кому бы он мог понадобиться. Точнее, папирус, конечно, представляет собой превосходный образец древнеегипетского культурного наследия, но чтобы красть…

— Могу я узнать, за какую сумму Дорофеев его приобрёл? Вы в курсе?

— Кажется, около ста тысяч рублей.

— Немало.

— Но и не много для антикварных ценностей. Как правило, я имею дело с более дорогими вещами.

— Я понял. Но всё-таки, если предположить, что кто-то захотел его украсть. Как думаете, кому папирус мог понадобиться?

Оболенцев пожал плечами.

— Даже и не знаю. Проще было договориться о покупке, как мне кажется.

— А кому Дорофеев собирался продать реликвию?

— Валера нашёл покупателя? Не знал об этом.

— Да, дочь сказала, что в субботу он планировал встретиться с кем-то по поводу продажи.

— Я не в курсе.

— А среди его коллекции есть действительно ценные книги?

— Нет. Ничего дороже пары десятков тысяч не припомню. Да и потом, что книги, что папирус, если их украсть, то продавать опять-таки только через ограниченный круг, понимаете?

— Понимаю. Когда вы виделись с покойным последний раз?

— Кажется… на прошлой неделе. Мы ходили в ресторан.

— В какой?

— В ЦДЛ, на Большой Никитской.

— Судя по всему, Дорофеев часто там бывал. Видел снимки в его кабинете из этого заведения.

— Да-да, он действительно туда часто ходил.

— Ну ясно.

— Надеюсь, вы разберётесь в том, что случилось с Валерой?

— Да.

— Я буду организовывать похороны. Об этом и хотел, собственно, поговорить. Рая сейчас не в состоянии. Вы не могли бы дать мне знать, когда можно будет забрать тело?

— Конечно. С этим проволочек не будет. Пару дней, пока будут проводить вскрытие.

— Спасибо.

— Я позвоню.

— Буду благодарен.

Глава 17. Москва. Пятница. 13:55

Седьмая сидела на веранде кафе в центре города, где столики были поставлены так плотно, что официанты с трудом между ними протискивались, разнося заказы.

Гудел обеденный полдень, и Альбина разглядывала людей вокруг, попивая холодный рислинг.

Справа от неё громко смеялись две девушки, одетые в короткие топы и широкие джинсы с завышенной талией. Обе молоды, стройны и очень похожи друг на друга, словно сёстры. Периодически они делали селфи, после чего начинали разглядывать получившиеся снимки и обсуждать, какой наиболее удачный и подходит для соцсетей.

Альбина усмехнулась и перевела взгляд на молодых мужчин за столиком напротив. Они вальяжно попивали кофе, обсуждая какие-то мероприятия, где выступали, и делились опытом: как держать внимание публики в зале, с чего начинать презентации, какие «крючки» использовать в речи, чтобы зацепить аудиторию, и какие тренинги личностного роста необходимо посетить для дальнейшего развития.

Седьмая глотнула вина и посмотрела на одинокую женщину слева. Ей явно лет за пятьдесят, но выглядела дама очень ухоженно: красивые гладкие волосы, ровный цвет лица, румяна, накрашенные губы, маникюр. На ней была белая блузка, в вырезе которой поблёскивали бусы, поверх накинут чёрный пиджак из ткани букле, а рядом на стуле Альбина заметила красивую дорогую сумку из кожи питона. Женщина, как и Седьмая, сидела с бокалом вина, разглядывая прохожих.