Что скрывает прилив - Сара Крауч Страница 29

– Что там у тебя?

– Список подозреваемых. Для каждого отдельная графа, а вот тут столбцы: имя, улики, алиби и мотив.

– Шустро ты, – вяло откликнулся Джим. – И сколько подозреваемых?

– Пока что двое.

Шериф Годбаут вопросительно поднял бровь, и Джереми пояснил:

– Первый – Элайджа Лит, в колонку «улики» я вписал, что тело обнаружено у него на участке и что жертва не могла приплыть в бухту на лодке, а значит, проходила мимо хижины. Алиби и мотив пока отсутствуют.

– А второй кто?

– О, вам это понравится! Неустановленный подозреваемый с неустановленным мотивом. Этой хитрости нас научили в полицейской академии. Всегда оставлять пустую графу, чтобы не ограничиваться известными вам именами и держать в уме человека, которого вы пока не подозреваете. Вас, наверное, такому не учили.

Джим закатил глаза, но уголок его рта пополз вверх. В такие минуты он остро чувствовал, что не молодеет. Бывало, он гадал: как понять, что пора отойти от дел, передать бразды правления какому-нибудь бойкому молодому полицейскому? Сидеть на крыльце в кресле-качалке, пока в ногах сопит верная овчарка, и время от времени делиться житейской мудростью с теми, кто забредет к нему в гости. Как оказалось, молодняк сам дает тебе понять, когда время пришло.

С ветки сорвался ком рыхлого снега и, пролетев тридцать футов, размазался по лобовому стеклу. От неожиданности полицейские вздрогнули.

– Ненавижу зиму, – проворчал Джим, включая дворники, чтобы счистить снег. Мотор наконец прогрелся, и Джим открыл воздуховод, c наслаждением разминая окоченевшие пальцы.

За поворотом показался деревянный домик Элайджи, уютно притулившийся среди заиндевевших фруктовых деревьев, словно пряничный домик в заснеженном лесу, – только из трубы не валит дым, а в окнах темно.

– Славное местечко, – заметил Джереми. – Вы здесь раньше бывали?

– С тех пор, как Джейк умер, – нет. Дом в то время выглядел плачевно. Под конец бедняга его совсем забросил. Никому не пожелаешь умереть от цирроза.

– Я слышал, он спился.

Джим ничего не ответил и припарковался перед домом. В глаза ему бросились ведущие к дороге следы колес и участок голой земли в том месте, где во время метели, по всей видимости, стоял автомобиль. Шериф сомневался, что они застанут Элайджу дома, но, раз уж приехали, надо проверить.

– Пошли, – сказал он, отстегивая ремень, и взбежал на крыльцо, хрустя сапогами по заснеженным ступеням. Приложив ладонь козырьком, он заглянул в темное окно, постучал по стеклу и позвал Элайджу. Джереми подбежал к другому окну и проделал все то же самое. Ответа не последовало.

– Элайджа, – снова позвал шериф, перегнувшись через перила и вглядываясь во двор. – Ты здесь, приятель?

– Смотрите, – позвал его Джереми, ухватившись за дверную ручку. – Дверь не заперта.

– Не вздумай, – прошипел Джим. – Ты сам знаешь, что нам нельзя просто так вламываться.

– Можно, если б у нас был ордер на обыск.

Джим поднял на помощника усталые глаза.

– И что мы будем искать? Орудие убийства найдено. Я просто хочу поговорить. Узнать, был ли он в субботу вечером дома и чем занимался.

Джереми все так же держался за ручку двери.

– Что, если он прячет там черновик предсмертной записки? Или блокнот с отпечатками пальцев?

Джим посмотрел на него так, будто видел его впервые.

– Может, ты и прав. Что ж, попытаем удачи завтра, а пока займись ордером на арест. – Джим спустился с крыльца, и Джереми поплелся за ним. – Поехали в участок.