Тень над музеем - Кирилл Сафонкин Страница 3

— Доброе утро, Анна Сергеевна, – сказала она, пожав руку. – Спасибо, что откликнулись так быстро.

— Доброе утро, – ответила Анна. – Расскажите, что произошло подробнее.

Они вошли внутрь. Здание встретило запахом воска, старого дерева и чего-то едва уловимо пряного – словно смесь морской соли и пыли. Полы скрипели, под потолком эхом гуляли шаги. Залы украшали картины штормов и кораблей, старые навигационные карты, портреты купцов.

— Посетителей сейчас немного? – спросила Анна.

— Сезон позже начнётся, – вздохнула Марина. – Зимой только школьники и редкие туристы. Бюджет урезали, выставки отменили.

Они поднялись по широкой лестнице на второй этаж. Стены были все с трещинами, кое-где проступал мох. Директор рассказывала историю здания: особняк купца Бекетова, национализация, годы забвения и медленное превращение в музей.

— Охрана у нас слабая, – призналась она. – Камеры давно сломаны, сигнализация старая, средств на замену нет.

Анна лишь кивнула, запоминая: это делает кражу куда проще. У двери фондохранилища их встретил Артём, хранитель. Худощавый, в сером джемпере, с взъерошенными волосами и недовольным взглядом, он выглядел человеком, которому всё это в тягость.

— Это Анна Сергеевна, частный детектив, – представила его Марина.

— Здравствуйте, – сказал он, чуть сжав губы.

Анна отметила раздражение: похоже, ему неприятно, что кто-то вмешивается. Фондохранилище оказалось просторным и мрачным. Ряды стеллажей уходили вглубь, скрытые полумраком. Здесь пахло старой тканью, металлом, пылью. Марина показала пустую бархатную подставку, где раньше лежала брошь. Анна присела на корточки, достала фонарик. Замок старый, с едва заметными царапинами вокруг скважины. Кто-то явно пользовался тонкой отмычкой или ключом-двойником. Сигнализация на стене выглядела древней, покрытой паутиной.

— Она срабатывала? – спросила Анна.

— Ночью нет, – ответила Марина. – Панель показывала, что всё закрыто.

Окна были забиты изнутри, стены толстые. Взломать снаружи почти нереально.

— Кто знает код? – спросила Анна.

— Я и Артём, – сказала Марина. – Раньше ещё главный хранитель, но он ушёл год назад. Мы меняли код, но… знаете, как это бывает.

Артём отвёл взгляд.

— Вы последний раз видели брошь когда? – спросила Анна у него.

— Неделю назад. Показал студентам, потом положил обратно. – Он замялся. – Я уверен… кажется, уверен. Анна отметила сомнение, но решила не давить.

Затем Марина провела Анну в мастерскую. Там за большим столом сидела Вера – реставратор, женщина лет пятидесяти с седыми прядями, в халате с пятнами клея. Она подняла глаза лишь на секунду.

— Вера Петровна, это Анна Сергеевна, – сказала Марина.

— К брошке? – тихо спросила Вера.

— К делу. – Анна присела рядом. – Вы давно её видели?

— Давно. Я в фонды без нужды не хожу. – Она пожала плечами. – Все знают, что вещь ценная. В каталогах есть.

Анна заметила руки женщины: тонкие, нервно дёргающие иглу.

— Артём оставляет дверь фонда открытой? —

— Бывает. Он рассеянный. Но я чужого не беру. – Вера говорила устало, без эмоций, словно давно привыкла оправдываться.

На лестнице они столкнулись с Ильёй, экскурсоводом. Высокий, темноволосый, с лёгкой улыбкой, он выглядел слишком непринуждённым.

— Здравствуйте! – сказал он тепло. – Вы к нам по делу?