Последний час - Самюэль Бьорк Страница 31

Годом раньше он все-таки пошел и даже ждал этого вечера с нетерпением. Только потом понял, как ошибался. Вспотевший после танцев, да, он и вправду танцевал, там, в этом крошечном спортзале… А потом кое-что произошло в мужском туалете, чуть позже.

Хочешь газировки, Холгер?

Газировки?

Конечно, хотел.

Позже – взгляды. Множество глаз в переполненном зале, хихикающие девушки, что шептались и тыкали пальцами.

Он выпил мочу.

Они поссали в бутылку, а Холгер выпил.

Марианне.

Он выскочил из зала.

Спрятался за зданием.

Как люди могут быть такими?..

Привет.

Теплая улыбка. Ярко-синие глаза.

Там так душно.

И скучно.

Можно я тут посижу?

Девочка.

Села рядом.

Ее рука скользнула ему под локоть.

Марианне.

Она открыла глаза, увидела его, приподнялась на диване:

– О, Холгер, я не слышала, как ты вошел.

– Лежи, Марианне.

– Нет, мне тут нельзя спать. Я просто… Я скучала. У тебя все в порядке?

Она нащупала пульт и выключила телевизор.

– Я оставила тебе ужин. Видел?

Мунк кивнул.

– Видел. Спасибо. Но у меня нет времени. Мне нужно обратно.

Она потерла глаза и встала.

– Ты уверен?

– К сожалению, да. Как прошел спектакль?

Марианне покачала головой.

– Отменили. Как и все сейчас. У вас есть… новости?

– Пока нет. Но мы ищем.

Она пошла на кухню первой. Налила воды из-под крана, сделала пару глотков и опустилась на стул.

– Мириам волновалась за тебя.

– Да?

Мунк сел напротив и взял ее протянутую руку.

– Но я сказала ей, что папа всегда справляется.

– Хорошо, – кивнул Мунк. – Как она?

Марианне пожала плечами.

– Расстроена. И немного грустит. Она очень хотела показать тебе, что они разучили. Но она уже большая. Понимает.

– Мы делаем все, что можем, – тихо сказал Мунк.

– Правда?

В ее взгляде было что-то, чего он не сумел разобрать.

– Все, – добавил он. – Мы скоро его найдем.

– Ты уверен? Будет же еще взрыв, да? По новостям говорили, что…

Мунк склонил голову, нежно провел рукой по ее пальцам.

– Просто оставайтесь дома, ладно?

– Завтра?

– Да. Никуда не выходите. И ее не выпускай. Сидите дома. Вместе. Хорошо?

Она бросила взгляд в окно.

– Хорошо.

– Спасибо.

– Я положила тебе одежду в спальне. Ту серую рубашку и штаны хаки. Или хочешь что-то другое?

Он подошел и поцеловал ее в щеку.

– В самый раз. Спасибо. Все уладится, ладно?

Часы на стене тикали.

02:06.

Мунк расстегнул голубую гавайскую рубашку, достал полотенце из шкафа, проигнорировал звонящий телефон и тяжелой поступью направился в ванную.

2

15

Эмили Якобсен ни за что бы не поверила, что когда-нибудь пойдет по стопам своего отца. Но вот она стояла у киоска у входа в парк Фрогнер и ждала свою первую туристическую группу. Первая смена в одиночку. Она немного нервничала. Двадцатилетняя девушка глубоко вздохнула и подняла над головой желтый флажок. Служба экскурсоводов Осло. Вот я. Как договаривались. Инсталляция Вигеланда. Нет, не Парк скульптур Вигеланда– ее отец всегда был принципиален в таких вещах. Сам парк назывался Фрогнер, а весь скульптурный ансамбль – Инсталляция Вигеланда. Она и счет потеряла, сколько раз слышала, как он поправлял людей. Даже в музее, который по какой-то причине стал писать «Парк Вигеланда» на табличках.

Ну сколько можно. Это инсталляция, а не парк.

Служба экскурсоводов Осло. Ее отец основал эту компанию почти тридцать лет назад, и Эмили выросла среди всего этого. Каждые выходные – среди групп взрослых, не говоривших по-норвежски, пока отец показывал и объяснял. Нет, она правда не могла себе представить, что однажды сама будет вести туристов по городу.