Хозяйка сада черных роз - Катерина Кавалье Страница 32

Она позволила себе одну мысль – слишком честную, чтобы озвучить:

Если мне здесь предстоит сидеть вместо него… нужно научиться дышать этим местом так же легко, как он.

Она остановилась возле края стола, оперлась ладонью, слегка сжимая ткань.

— Он придет? – спросила она вполголоса, будто самой себе.

— Придет. – Нико устроился сбоку, наблюдая за ней так внимательно, что она пожала плечом, заставив его отступить на полшага. – У Росетти слишком большое эго, чтобы проигнорировать вызов.

Кьяра подняла бокал, сделала еще один маленький глоток. Послышались тяжелые шаги Кейла – возвращался с пленными. Стук ее собственных каблуков прозвучал чуть громче и эхом разошелся по полу. Несколько голов повернулись. Музыка стала казаться ироничной.

С завязанными глазами и руками, людей Дамиано устроили на коленях в том же центре комнаты.

Наверное, и она когда-то выглядела так же жалко… Ирония жизни порой была такой циничной стервой.

— Теперь только ждать, – Кейл кивнул ей на диваны, – госпожа.

— Тебе пора придумать мне какой-нибудь титул. – Она послушно устроилась и закинула ногу на ногу. – Если мужчина – дон, то женщина…

— Чем мадонна тебя не устраивает? – рассмеялся Нико.

— Звучит так, будто мне пятьдесят, – фыркнула она и вытащила из клатча пачку сигарет.

Кейл скользнул взглядом по ее рукам – не столько оценивая жест, сколько проверяя, не дрожат ли пальцы.

— Я бы сказал «синьора», но ты и это ненавидишь. – Он взял у нее зажигалку и чиркнул, заслоняя огонь ладонью.

Кьяра наклонилась, прикуривая, и на секунду свет вспыхнул на ее лице, подчеркивая, как напряжение собирается у линии челюсти тонкой тенью.

— Потому что «синьора» – это привычно, – протянула она, выпуская дым. – Лучиано никогда не был синьором, он был доном Корсани.

Казентино пожал плечами, даже не попытавшись что-нибудь предложить, а вот Нико задумался с хитрой ухмылкой.

— Кампанья Корсани, – вдруг выдал он, и комната резко затихла. – Была такая восхитительная женщина Мария Кампанья, которая взяла на себя управление кланом. Пока ее муж был в тюрьме.

— И работала со схемой портов, – хмыкнул Кейл. – Неплохо, Вьери.

— Кампанья Кьяра Корсани? – она попыталась прочувствовать это на языке и тут же скривилась. – Как же много букв «к».

— Возьми второе имя, – подсказал Нико. – Кампанья Лучия Корсани звучит куда лучше.

Она медленно стряхнула пепел в ближайшую чашу, глядя, как он рассыпается тонкой серой линией.

— Лучше, – согласилась она. – Но все равно слишком… громко.

— На то и расчет, – Нико хищно улыбнулся. – Титулы не для тебя придуманы, а для тех, кто недостоин пользоваться именем.

Кейл качнул головой с усталым сочувствием.

— А она и правда ненавидит все, что звучит высокопарно.

— Я ненавижу фальшь, – отрезала Кьяра и поправила тонкую прядь, выбившуюся из прически. – Не хочу, чтобы звучало дешево.

Нико наклонился вперед, поставил локти на колени.

— Кампанья – это не украшение, а заявление и власть. Мария прекрасно справлялась со своей работой в Сицилии, тебе придется соответствовать, и тогда никто не будет говорить с тобой как с маленькой.

Кейл чуть хрипло усмехнулся.

— И враги будут знать, что у девочки под платьем не нож, а пистолет.

Кьяра покосилась на него исподлобья – не всерьез, но раздражение вспыхнуло.