Операция «Барбадосса» - Майк Логинов Страница 33

Упоминание об Айрин дало нашему разговору неожиданный поворот.

— У вас был с ней роман? — вдруг спросила Тони.

— С кем? С Айрин? — смутился я. — Да, но очень давно и очень недолго. — И зачем-то добавил: — Она очень хороший человек!

— У вас было много женщин, Рэй? — продолжала расспрашивать Тони.

Если бы такой вопрос задал мне кто-то другой, я посчитал бы это неделикатным, но с Тони — странное дело! — готов был обсуждать что угодно.

— Позвольте мне не называть точную цифру, — рассмеялся я.

— Почему?

— Если число окажется ниже ваших ожиданий, вы будете считать меня неопытным, а если выше — легкомысленным.

Пришла очередь Тони рассмеяться:

— Вам прямая дорога на дипломатическую службу, Рэй. А вам правда важно, что я о вас подумаю?

— Да.

Тони улыбнулась и снова потрепала меня по руке. Я подумал, что тоже имею право на прямой вопрос.

— Скажите, Тони, а какие мужчины вам нравятся?

Тони задумчиво посмотрела на меня.

— Позвольте теперь мне уклониться от ответа, Рэй, — произнесла она медленно. — Во-первых, какого-то определенного типа не существует. А во-вторых, даже если бы и существовал, я бы вам не сказала.

— Почему?

— Если вам покажется, что вы не соответствуете идеалу, это может лишить вас уверенности. А это вредно для отношений.

— Значит, вы предпочитаете уверенных в себе мужчин?

— Пожалуй. Но не самоуверенных. Мне нравятся люди, у которых есть свое мнение, но которые могут спокойно признать, что были в чем-то неправы.

— Вот как?

— Вот так! Мой муж просто выводил меня из себя своим упрямством! С ним невозможно было спорить! Даже когда он ошибался, упирался до последнего, отказывался признать, что неправ. Видимо, так он представлял себе мужественность.

— А как вы представляете себе мужественность?

Тони на секунду задумалась.

— Хороший вопрос, — сказала она. — Я очень любила отца. В детстве мне хотелось походить на него, хоть я и была девочкой. И я думала, что, когда вырасту и у меня появится семья, я буду ее защищать. Я представляла широкий луг или пляж, на котором играли дети, а я сидела поодаль, так, чтобы мне было видно все вокруг. И если бы откуда-нибудь пришла опасность, я бы увидела ее первой. Понимаете?

— Мне это напоминает «Над пропастью во ржи»!

— Возможно. Для меня мужественность — это всегда быть рядом и приходить на помощь в трудную минуту.

— Кем был ваш муж? — спросил я.

— Он, как и я, был военным.

— Из-за чего вы расстались?

— А из-за чего люди расстаются? Проходит любовь — или то, что вы принимали за любовь, — и вдруг оказывается, что вас больше ничего не связывает.

Мне показалось, что Тони не очень хочется говорить об этом, и я сменил тему:

— Вы бывали на Западном пляже?

— Нет, но несколько раз ездила в выходные на Сидар-Коуст.

— О! Там всегда полно народу! Особенно в выходные!

— Не то слово! И по пляжу постоянно бродят какие-то обдолбанные личности и предлагают кокс.

— Поэтому мы едем в другое место — в Тарибо-Уэст. Из-за сильного прибрежного течения там не рекомендуют купаться, поэтому народу обычно немного.

— Ну вот, а я взяла с собой купальник, — рассмеялась Тони.

— Нет, заходить в воду можно, не надо только заплывать далеко, — начал оправдываться я.

— Я шучу, Рэй. Я все понимаю. К тому же хорошо плаваю.

Примерно через два часа мы были на месте. Я оставил машину на парковке возле небольшого мотеля, откуда до пляжа было метров триста. Открыл багажник и достал корзину с продуктами, пластиковый ящик со льдом и большой пляжный зонт. Увидев все это снаряжение, Тони присвистнула: