Следы в высокой траве - Татьяна Полякова,Анна М. Полякова Страница 33

А эта версия мне, пожалуй, нравилась.

— Выходит, и убивать Рогова ей не было никакого резона, раз он был направлен по ложному следу.

— Получается, так, – подруга довольно закивала. – Это хорошо. Плохо то, что мы не знаем, кто еще мог охотиться за сокровищами.

— Да кто угодно, – вздохнула я, прикинув количество жителей Сосновки и дачников, также нельзя было исключать и обитателей соседних деревень.

— А вот и нет!

Я вопросительно на нее посмотрела.

— Ты сама сказала: почему Клавдия Петровна не искала клад до того, как встретила Рогова. То же самое можно применить и к другим завсегдатаям этих мест. Сто раз бы уже все перекопали, если бы было желание. А вот дачники или те, кто появился здесь недавно, могли, как и Рогов, только-только познакомиться с легендой.

— И все-таки убивать человека просто потому, что есть призрачный шанс, что сказка – быль и клад существует, немного странно, тебе не кажется?

— А что, если Рогов успел отыскать сокровища?

— И злоумышленник забрал сундук, а кладоискателя прикончил? – задумалась я. – Вот это уже похоже на правду.

Мы впервые задумались над тем, кто мог конкурировать с Роговым в поисках сокровищ.

Глава 10

Удивительное свойство деревенских расследований заключается в том, что круг подозреваемых мал, а приемлемых версий – еще меньше. По крайней мере, наш текущий этап расследования это ярко демонстрировал.

Когда мы с Ленкой вернулись домой, бабушка стояла у плиты, сосредоточенно помешивала что-то в кастрюле, будто боялась, что из посуды кто-то убежит.

Запах стоял очень соблазнительный, на минуту мне даже показалось: если убийца вдруг появится на пороге, нам сначала придется предложить ему тарелку супа, а уже потом выяснять мотивы и обстоятельства.

Бабушка обернулась.

— О, явились, сыщицы, – сказала она спокойно. – Я уж думала, вы сегодня до ночи будете деревню переворачивать.

Я сразу насторожилась. Иногда бабушка говорит вещи таким тоном, будто уже знает больше, чем мы сами.

— А что, – осторожно спросила я, – вся деревня уже в курсе, что мы ведем расследование?

— Вся? – бабушка усмехнулась. – Но уж точно все те, кто сегодня был у магазина, у колодца и возле почты.

— Извини, – сказала я тихо. – Вместо того, чтобы тебе помогать, мы занимаемся непонятно чем.

Точнее, нам с подругой было предельно ясно, чем мы занимаемся, а вот непонятного в результате этого занятия становилось все больше. Это здорово расстраивало.

Ленка села за стол и сложила руки перед собой с таким серьезным видом, будто собиралась проводить официальный допрос.

— Клавдия Петровна, – проговорила она вежливо, – можно задать вам несколько вопросов?

Бабушка посмотрела на нее с интересом и некоторой снисходительностью.

— Хоть сотню, только сначала суп попробуйте. Расследование на голодный желудок плохо идет.

Последнюю фразу она произнесла, как мне показалось, излишне насмешливо.

Мы послушно взяли по ложке, Ленка попробовала суп и довольно замычала. За время отсутствия мы успели проголодаться.

— Очень вкусно, – призналась она.

Я кашлянула.

— Бабушка, мы хотели спросить тебя про карту.

Она убрала со стола тарелки, а вернувшись, села и посмотрела на нас.

— Ту, что ты нарисовала Рогову, – пояснила я.

Бабушка слегка прищурилась.

— А, эту.

Сказано было так небрежно, будто речь шла о фантике от конфеты или ненужном чеке.