Продавец крови - Александр Долгирев Страница 34

Назвавшись и показав удостоверение, Белкин без проблем попал в рабочий кабинет Галимова. Тот встретил его широкой, но отчего-то немного неприятной улыбкой и энергичным рукопожатием. Когда с приветствием и вежливостями было покончено, Дмитрий перешел к делу:

— Вы исполнили мою просьбу?

— Конечно, Дмитрий Петрович – «несуны» как раз заканчивают.

— «Несуны»?

— А, простите, это наш юмор – младшие сотрудники, занимающиеся поиском материалов по запросам.

— «Несуны» – очень остроумно…

Галимов тут же вновь улыбнулся и даже хохотнул.

— Я тоже так считаю! Но позвольте узнать, чем вызван ваш интерес?

Белкин знал, что Галимов задаст этот вопрос. Не мог не задать. После первой их встречи Зина заметила, что с теми, кто оказывается рядом с этим человеком, слишком часто происходит что-то нехорошее. Дмитрий примерно понимал, что это означает, поэтому постарался заранее найти удовлетворительные ответы на все возможные вопросы.

— На самом деле ничего серьезного, Филипп Мануэльевич, – ответил он. – В деле, которое я расследую, задержанный практически каждую фразу начинает со слов: «Товарищ Богданов считал…» или «У товарища Богданова говорится…» – ну сумасшедший. Но, прежде чем отправить его в Кащенко, мне нужно, чтобы он ответил на мои вопросы. А я, к стыду своему, ни одного труда товарища Богданова не читал. Не могу найти контакт, понимаете?

Улыбка на губах Галимова застыла лживой маской, из-за которой нельзя было понять, поверил он Белкину или нет. Так или иначе, насколько было известно Дмитрию, товарищ Богданов не считался уклонистом, шпионом или врагом народа – он успел умереть раньше. Поэтому сам по себе интерес Белкина был вполне безобидным.

Через несколько минут, наполненных пустыми и ненужными разговорами, Дмитрий проследовал за Галимовым в один из читальных залов, где на массивном столе его дожидались сразу три заметных стопки книг. Уже мысленно готовясь к тяжелой работе, Белкин потянулся к своей планшетке – записей должно было выйти прилично.

— Конечно, если пожелаете взять что-то на дом, нужно будет обратиться ко мне. Ну и здесь есть книги, которые не выдаются. – В голосе Галимова явно слышалось неискреннее сочувствие.

— Да, я понимаю – благодарю.

Белкин уже устроился под ровным светом лампы и погрузился в работу. Когда он отвлекся, Галимова рядом не было – возможно, прошло некоторое время.

Товарищ Богданов родился в 70-х годах прошлого века в одной из западных губерний. С ранних лет включился в революционную борьбу, врач-психиатр, соратник Ленина, близкий друг товарищей Луначарского, Горького и Красина. Один из создателей новой пролетарской культуры, выдающийся деятель народного образования, писатель, философ и талантливый организатор. Скоропостижно скончался в 1928 году, прах упокоен в Кремлевской стене.

Часть этой информации Дмитрий знал. Имя Богданова мелькало время от времени во второй половине 20-х, но глубоко на вторых ролях. У Белкина в голове сразу возникло слово «пролеткульт» и самодеятельные театры, которые в свое время развелись в великом множестве усилиями Наркомпроса. Какая связь у этого всего была с Богдановым, он не сразу вспомнил, но стоило пробежаться по верхам, как все стало понятно – товарищ Богданов был одним из организаторов того самого «пролеткульта».