Другой Холмс. Часть 3. Ройлотт против Армитеджа - Евгений Бочковский Страница 35

Мистер Файнд, адвокат: В первую очередь я должен заявить, что вердикт суда коронера своим содержанием причинил ущерб репутации покойного доктора Ройлотта не меньший, чем урон от много раз упомянутого здесь произведения. С той лишь разницей, что в рассказе покойный выставлен убийцей, а в заключении жюри присяжных – пугающе странным человеком с малопривлекательными, не принятыми среди обычных нормальных людей прихотями, по сути, извращенцем, услаждающим себя жутковатыми ночными развлечениями. Даже при том объеме собранных следствием сведений вывод сделан невероятно странный.

Сэр Уилфред Таккерс, судья: Каков же он?

Мистер Файнд, адвокат: Милорд, текст заключения гласит, что доктор Ройлотт скончался вследствие неосторожности, забавляясь со своей любимицей – ядовитой змеей.

Сэр Уилфред Таккерс, судья: Вот прямо так – любимицей?

Мистер Файнд, адвокат: Да черт бы с ней, простите, милорд, с любимицей. Можно любить кого угодно. Люди не стесняются испытывать теплые чувства к собакам, лошадям.

Сэр УилфредТаккерс, судья: Кошек еще любят. Попугайчиков.

Мистер Файнд, адвокат: Вы вот, например, цветы предпочитаете. Я вполне готов допустить, что можно, в конце концов, полюбить и змею. Тем более, что, как я докажу позже, у покойного были основания привязаться к проживавшему у него животному. Но никто не обвинит вас, милорд, в том, что вы дескать забавляетесь со своими горшками, не так ли? Никому даже в голову не придет подобная глупость, тем более, что она оскорбительна.

Сэр УилфредТаккерс, судья: Надеюсь, что так.

Мистер Файнд, адвокат: Даже цветы, то есть все связанные с ними процедуры… не знаю, там, допустим, что с ними делают…

Сэр УилфредТаккерс, судья: Поливать нужно…

Мистер Файнд, адвокат: Вот!

Сэр УилфредТаккерс, судья: Подкармливать, пересаживать…

Мистер Файнд, адвокат: То есть, иначе говоря…

Сэр УилфредТаккерс, судья (все более увлеченно): Менять грунт, выносить на свет и наоборот, обрабатывать от вредителей, подрезать и опускать деточек в воду, чтобы дали корни…

Мистер Файнд, адвокат (чуть громче обычного): Иными словами, уход за живыми существами – это серьезное дело, требующее знаний, ответственности и сосредоточенности. И ведь это я говорю всего лишь о цветах! (При этих словах лик его светлости несколько потускнел) И тем не менее, суд счел возможным вынести пренебрежительный вывод, хотя в его распоряжении имелись сведения, не только противоречащие такому легкомысленному суждению, но и прямо объясняющие причину происшедшего. Падчерица покойного тогда еще под именем мисс Стоунер давала показания дважды – следователю и спустя несколько дней коронеру. На вопрос, каким образом змея оказалась в комнате – дело в том, милорд, что следователь в тот момент принимал во внимание версию о проникновении дикого пресмыкающегося в дом снаружи – так вот, на этот вопрос, она четко ответила, что доктор Ройлотт занимался исследованиями и производил опыты. Правда, суть этих действий она раскрыть не смогла, поскольку покойный не посвящал ее в содержание своей работы подробно, однако из ее слов абсолютно ясно, что змея имела непосредственное отношение к этому. То есть доктор Ройлотт совершенно очевидно не забавлялся, а занимался научной деятельностью, вследствие чего и произошел трагический несчастный случай. Он стремился принести пользу обществу, рискуя, как выяснилось, неоднократно своей жизнью, и вот как общество в лице суда отблагодарило его!