Пустота приходит не сразу - Евгения Горская Страница 35

Как ни странно, оба раза ей звонил Павел. Кира поколебалась, но вышла в коридор, набрала бывшего мужа.

За окном солнце на голубом небе казалось летним.

— Кира… — Павел почему-то говорил совсем тихо. — Давай встретимся. Я хочу тебе кое-что рассказать.

— Что рассказать? — Она отвернулась от голубого неба.

— Это касается Проскурина. Кстати, ты ничего нового про него не знаешь?

— Нет. Мы же всего-навсего соседи. Я думала, ты скорее узнаешь.

— Я и узнал. И теперь хочу тебе рассказать.

— А по телефону рассказать нельзя?

— Кира, давай встретимся! — голос у Павла дрогнул.

— Зачем?

Ей не нравилось, как Павел сейчас разговаривал.

Он разговаривал так, будто они не стали давними хорошими приятелями.

Будто они по-прежнему были связаны чем-то, совсем не похожим на дружбу.

Впрочем, это маловероятно. Она просто выдумывает то, чего на самом деле быть не может.

— Кира, пожалуйста! Я не отниму у тебя много времени.

— Ну давай, — неохотно согласилась она. — Только обед у меня строго по графику. А вечером я задерживаться не хочу.

— Я приеду к обеду.

Она вернулась к компьютеру, с тоской понимая, что делает что-то неправильное. Герману не понравится, что она встречается с Павлом.

Настроение испортилось. Она сделала две ошибки, пока составляла сводку по оборудованию. Обычно она ошибок не допускала.

Работа давалась ей с трудом, только когда она осталась одна, без Павла.

К обеду солнце скрылось. Когда Кира вышла на улицу, шел мелкий невесомый снег.

Павел уже ждал. Молча смотрел на нее, пока она спускалась по ступенькам.

— Рассказывай! — вздохнула Кира.

Он молчал. Осторожно потянул ее в сторону от ступенек.

— Где ты обычно обедаешь?

— В столовой. Паша, у меня мало времени!

— Здесь ресторан за углом. Давай там посидим.

У него были виноватые несчастные глаза.

Герману все это точно не понравится.

— Это очень мило, что ты меня приглашаешь, — улыбнулась Кира. — Но у меня мало времени. Что ты хотел рассказать?

— Я никогда тебя не забывал.

Еле заметный снег падал на накрашенные ресницы. Кира поглубже натянула капюшон нелюбимой куртки и зло спросила:

— Мы будем это обсуждать?

Не надо было с ним встречаться… Она по его голосу чувствовала, что он скажет что-то совсем ненужное. Она еще слишком хорошо помнила интонации его голоса.

— Нет, — он слегка отвернулся. — Это я так, вырвалось. Я хочу рассказать тебе, с кем Глеб Проскурин общался перед смертью. Тебе интересно?

— Да! — вздохнула Кира. — Интересно. Ладно, пойдем в ресторан.

* * *

Кира наверняка бывала здесь раньше. Не заглянув в меню, заказала рыбу и сок.

Павел в меню тоже заглядывать не стал, попросил чай.

— Ну рассказывай, Паша! — с любопытством поторопила она, когда официант отошел.

Раньше он любил, когда от любопытства у нее загорались глаза. Тогда плохих известий она не ждала, жизнь казалась ей вечным праздником. О том, какой ей кажется жизнь, она ему не говорила, но он знал. Он о ней все тогда знал.

Он достал смартфон, показал полученный от полицейского номер телефона.

— Это номер некой Вероники Даниловны Вересаевой. Проскурин пытался ей дозвониться в день убийства. То есть не ей, она умерла полгода назад. Ты когда-нибудь слышала про такую даму?

— Нет, — нахмурившись, покачала головой Кира и попросила: — Пришли мне номер.